Не пора ли нам, народу России, посмотреть правде в глаза? В России идет глобальная синтезация пищи для человека. Со всех концов света, через прозрачные границы в Россию днем и ночью завозятся миллионы тонн сырья и готовых продуктов, которые можно назвать УСЛОВНО СЪЕДОБНЫМИ. И уже не только богопротивные производители Западной Европы и США, но  и наши, думают не о нашем здоровье и сроках нашей жизни, а о своей финансовой выгоде. Деньги стали Богом и смыслом жизни, сведя на нет мораль, совесть и честь.

Финансовая выгода бизнесменов сегодня определяется наполняемостью продуктов питания жирами технического пальмового масла, целлюлозой из обыкновенной древесины и генно модифицированной соей.

Даже то, что «только что сорвано с ветки» или лично Вами выращено на своих грядках, несет в себе скрытую угрозу. Это генетически модифицированный продукт.

Точно так же первостепенно стоит сейчас и «русский вопрос» в его широком, не только национальном, но именно государственном, политическом и общенародном значении: опять «россиянское» подавляющее большинство, «быдло» для правящих, всячески попрано, лишено какой-либо исторической перспективы и будто бы утратило право голоса в решении своей собственной судьбы, будто бы даже само отказалось от этого права — как толстовские крестьяне 1856 года: «Вы наши отцы, нам хорошо». В смысле, нам хорошо в крепостнической неволе — в ответ на сословно эгоистические попытки молодого Толстого освободить их «сверху», пока они не начали самоосвобождаться «снизу».

Это сладкое слово «свобода»

Либерализм принято отождествлять с защитой прав и свобод, со свободолюбием. Но в сознание людей либерализм, как и всякий другой набор идей и приоритетов, вселяется не столько как теоретическая доктрина, сколько как алгоритм мышления и самоощущения. А как можно ощущать свободу? По-разному. Кто-то воспринимает её универсальной, общей для всех ценностью, а кто-то признаёт её только для себя, игнорируя всех прочих. Понятно, что между этими вариантами свободолюбия имеется разница, и весьма существенная. Стало быть, либерализм — явление неоднозначное, не представляющее собою единой и цельной системы взглядов. К примеру, одни либералы выступают за максимальное ограничение роли государства в общественной жизни, другие к государству относятся вполне спокойно, позитивно воспринимая плановое регулирование экономики, бесплатную медицину, социальное страхование, пособия по безработице и тому подобное.

Мы погрязли в коррупции, мы стенаем от беззакония, двадцать лет мы тщимся построить гражданское общество и правовое государство, где власть закона — самая сильная и надёжная власть. Но стоит ли видеть в законопослушании залог благополучия общества? И не может ли закон обернуться своей противоположностью?

На свете существует множество смешных и нелепых законов, унижающих подчас человеческое достоинство, делающих человека похожим на дрессированного медведя. Например, в Великобритании нельзя умирать в здании парламента. А в США, в штате Мэриленд в городе Балтимор, нельзя приходить в театр со львами. В штате же Калифорния под угрозой штрафа в 500 долларов нельзя в черте города Чико взрывать ядерные устройства. А вот в штате Алабама запрещено водить машину с завязанными глазами. Несколько лет назад в Техасе был принят закон, в соответствии с которым преступник обязан устно или письменно предупреждать жертву о готовящемся преступлении не менее чем за 24 часа до его совершения.