Уже 85 лет живет ложь о так называемом "отречении" последнего русского Царя Николая II, которое произошло 2 марта 1917 года. Ненависть к Государю объединила всех врагов православной России, прикрывавшихся лозунгами свободы и демократии. Показательно, что к их стану попытался присоединиться даже Великий Князь Кирилл Владимирович. В день, предшествующий "отречению" Николая Александровича, 1 марта 1917 года всем начальникам частей Царскосельского гарнизона были разосланы записки следующего содержания:

"Я и вверенный мне Гвардейский экипаж вполне присоединились к новому правительству. Уверен, что и вы, и вся вверенная вам часть также присоединятся к нам".
Командир Гвардейского экипажа свиты Его Величества контр-адмирал Кирилл.

Позже, нацепив красный бант, этот член Императорского Дома лично привел Гвардейский экипаж в распоряжение председателя Государственной Думы Родзянко, который впоследствии назвал поступок Великого Князя "Явным нарушением присяги Государю Императору".

Отмечая этот довольно известный исторический факт, мы просим читателя повнимательнее отнестись к поступку еще одного члена Императорского Дома, суть которого можно сформулировать так: человек отдал то, чего не имел.

В Петрограде 3 марта 1917 года к Великому Князю Михаилу Александровичу пришла кучка предателей Родины — масонов. Они внушают ему, что хотя Николай II отрекся от престола в его пользу и Великий Князь может именоваться теперь Императором Всероссийским Михаилом II, однако... председатель Государственной Думы Родзянко и председатель Совета Министров князь Львов уверены, что в этом случае "все офицеры и члены дома Романовых будут немедленно вырезаны в Петрограде" (Никитин Б. Роковые годы. Париж. 1937 г.). Существенное дополнение вносит Керенский: "...я не ручаюсь за жизнь Вашего Высочества!" То, что случилось потом, описывает В. Шульгин:

"Великий Князь встал. Все поднялись. "Я хочу подумать полчаса... Великий Князь вышел в соседнюю комнату... Великий Князь вошел... Это было 12 часов дня... Мы поняли, что настала минута. Он сказал: "При этих условиях я не могу принять Престола, потому что..." Он не договорил, потому что... заплакал" (Шульгин. Дни. Белград. 1925).

И вот финал. Великому Князю подали заранее составленный масонами текст отречения, в котором были так необходимые для них слова: "...прошу всех граждан Державы Российской подчиниться Временному Правительству, по почину Государственной Думы возникшему и облеченному всею полнотою власти..."

Таким шулерским приемом верховная власть, не подчиненная ничьему суду, юридически являющаяся инстанцией последнего решения, была вырвана из рук Российского Государя кучкой самозванцев, прикрывшихся словами о благе народа.

Читателю, слабо знакомому с порядком престолонаследования в России, постараемся разъяснить, в чем состоит суть шулерского трюка, к которому прибегли заговорщики. С точки зрения юридической, ...акт 3 марта был противозаконным. Масонские правоведы осознавали несовместимость данного акта с Основными законами Российской Империи. Автор рескрипта великого князя Михаила Александровича об отречении от престола масон Набоков впоследствии признавался: "Передача престола Михаилу была актом незаконным. Никакого юридического титула для Михаила она не создавала". Но на основании этого акта Временное правительство узурпировало не только исполнительную, но и законодательную власть, присвоив себе права Самодержца. Таким образом, оно стало само издавать законы и само их исполнять" (Платонов О. А. Терновый венец России. Т. 1. М., 1997).

Что же имел в виду Набоков? 5 апреля 1797 года Павел I подписал Указ о престолонаследовании, ликвидировавший то неопределенное положение, в котором находился русский Императорский престол в результате петровского законодательства, позволявшего Государю назначать себе преемника, исходя из личных соображений. В этот же день был издан и другой акт - Учреждение об Императорской Фамилии.

Ставя закон о престолонаследовании выше воли монарха, Павел выражал веру не в наделенного страстями и способного ошибаться человека, а в Промысел Божий. В силу этого закона Николай II не имел права лишать престола своего сына Алексея и "через его голову передавать власть брату Михаилу Александровичу. Конечно, царевич Алексей имел право самостоятельно отказаться от вступления на престол. Но только тогда, когда ему исполнилось бы 16 лет (в марте 1917 года ему было лишь 13). Понимая все это, Великий Князь Михаил Александрович обязан был настаивать на правах Алексея Николаевича на престол, а себя считать лишь правителем Государства - до совершеннолетия законного наследника. Однако он поступил проще: отрекся и за себя, и практически за всю императорскую фамилию. На всякий случай Великий Князь решил "подстраховаться и забронировать" себе место в высшем эшелоне власти, если тот удастся оборудовать на европейский "демократический" манер. Он заявил, что готов принять Верховную власть, если на это будет воля Учредительного Собрания.

Возникает естественный вопрос: так почему же сам Император Николай Александрович пошел на нарушение Основных законов? Он же их отлично знал. Почему он отрекся в пользу Михаила Александровича?

Ответ простой: никакого отречения Государя Николая Александровича не было!