Глава 8.
Одураченный Гитлер

Предвоенное братание

В 1933 году к власти в Германии пришел Гитлер со своим антисемитизмом, возведенным в ранг государственной политики. Чего он хотел? В перспективе - чтобы в Германии жили только немцы. (Но это в перспективе, на самом деле до конца войны Гитлер так и не удалил всех евреев не только изважных отраслей экономики, но даже из армии.) В Германии для евреев была создана атмосфера ограничений и даже издевательств - этим Гитлер стимулировал выезд основной массы евреев из Германии Ему в принципе было все равно, куда они уедут - в Бразилию или США. Но не все равно было сионистам, Гитлер для сионистов был бесценным подарком, они сразу же оказали ему поддержку и установили тесные отношения, поскольку были заинтересованы, чтобы евреи выезжали исключительно в Палестину.

Союз сионистов и нацистов не мог не сложиться. Обе политических идеи ставили себе целью создание мононациональных государств: нацисты - для немцев; сионисты - для евреев. И государства эти строились на разных континентах, абсолютно не мешая друг другу, в связи с чем нацисты охотно пошли на союз с сионистами, а через них - с международным еврейством.

Американский историк, еврей по национальности В. Пруссаков сообщает об этом союзе следующее:
"Напомним о малоизвестном событии, весьма красочно иллюстрирующем тесное сотрудничество духовных собратьев. В начале 1935 года из германского порта Бремерхавен отправился в Хайфу большой пассажирский пароход. Его название "Тель-Авив" было начертано на борту огромными ивритскими буквами, а на мачте того же парохода гордо реял нацистский флаг со свастикой. Судно, направляющееся в солнечную Палестину, принадлежало видному сионисту, а капитаном был член национал-социалистической партии. (Американский Журнал "Историкал ревью" Ns 4,1993 г.) Что и говорить: абсурдная картина! Но при всей ее внешней абсурдности она исключительно точно отражает реальные взаимоотношения сионистов и нацистов.
Никогда "сионистская работа" не была более действенной и плодотворной, чем в Германии 1933-38 гг. Молодой берлинский раввин Иоахим Принд, перебравшийся впоследствии в США и ставший главой Американского еврейского конгресса, в книге "Мы, евреи", опуб-ликованной в немецкой столице в 1934 г., откровенно радовался национал-социалистической революции, благодаря которой покончено с ассимиляцией, и евреи снова станут евреями"
.

В 30-е годы значительно увеличился тираж журнала "Юдише рундшау". "Сионистская деятельность достигла в Германии невиданного размаха", - удовлетворенно отмечала американская "Еврейская энциклопедия".

С особым энтузиазмом и пониманием к нуждам "новых израэлитов" относились в СС. Одно из эсэсовских изданий в течение всего июня 1934 г. писало "о необходимости повышения еврейского национального самосознания, увеличения еврейских школ, еврейских спортивных и культурных организаций". (Ф. Никосия. "Третий рейх и палестинский вопрос". Издание Техасского университета, 1985г.).

В конце того же 1934 г. офицер СС Леопольд фон Мильденштейн и представитель сионистской федерации Германии Курт Тухлер совершили совместный шестимесячный вояж в Палестину для изучения на месте "возможностей сионистского развития". Вернувшись из поездки, фон Мильденштейн написал серию из 12 статей под общим названием "Нацист путешествует по Палестине" для геббельсовской газеты "Ангрифф". Он выражал искреннее восхищение "пионерским духом и достижениями еврейских поселенцев". По его убеждению, "нужно всячески содействовать сионизму, ибо он полезен как для еврейского народа, так и для всего мира". Видимо, для того, чтобы увековечить память о совместной поездке нациста и сиониста, "Ангрифф" даже выпустила медаль, на одной стороне которой была изображена свастика, а на другой - шестиконечная звезда Давида. (Журнал "Истори тудей". Лондон, Ns 1, 1980 г.).

Официоз СС газета "Дас Шварце Кор" в мае 1935 г. посвятила свою передовую статью поддержке сионизма: "Недалеко то время, когда в Палестину вернутся ее сыновья, отсутствовавшие более тысячи лет. Мы от всего сердца приветствуем их и желаем им лишь самого наилучшего". В интервью, данном уже после войны, бывший глава сионистской федерации Германии Ганс Фриденталь говорил: "Гестапо делало в те дни все, чтобы помочь эмиграции, особенно в Палестину. Мы часто получали от них разнообразную помощь..." (Ф. Никосия. "Третий рейх и палестинский вопрос")

.

Когда в 1935 г. конгресс национал-социалистической партии и рейхстаг приняли и одобрили нюренбергские расовые законы, то и "Юдише рундшау" поспешила одобрить их: "Интересы Германии совпадают с целями Всемирного сионистского конгресса... Новые законы предоставляют еврейскому меньшинству свою культурную и национальную жизнь... Германия дает нам счастливую возможность быть самими собой и предлагает государственную защиту для отдельной жизни еврейского меньшинства",

В сотрудничестве с нацистскими властями сионистские организации создали по всей стране сеть примерно из 40 лагерей и сельскохозяйственных центров, в которых обучались те, кто намеревался переселиться на "землю обетованную". Над всеми этими центрами и лагерями гордо развевались бело-голубые флаги со звездой Давида.

Как правильно утверждает современный британский историк Дэвид Ирвинг: "Гитлер хотел вынудить евреев уйти из Европы. Именно в этом он и усматривал "окончательное решение еврейского вопроса".

"Но союз сионистов с нацистами касался не только культурно-хозяйственных вопросов. В 1937 г. представители боевой еврейской организации "Хагана" встретились в Берлине с Адольфом Эйхманом, отвечающим в Германии за еврейский вопрос, и в том же году Эйхман посетил "Хагану" в Палестине. Было договорено,что "Хагана" будет представлять интересы Германии на Ближнем Востоке. А в 1941 г. с Германией заключила договор о совместной войне с Англией еврейская террористическая организация "Лехи" (Lochame Cheryth Israel), которой руководил Ицхак Шамир - будущий премьер Израиля"269.

Поскольку здесь всплыло имя нациста Адольфа Эйхмана, непосредственно связывавшего Гитлера с сионистами, то интересна его дальнейшая судьба. После Второй мировой войны этот нацистский преступник с чьей-то помощью (кто бы это мог быть?) покинул побежденную Германию. Историк И. Галкин пишет:

"... Эйхман спокойно проживал в Буэнос-Айресе по адресу: Оливос, ул. Чакабуко, д. 4261. В Аргентину он перебрался почти сразу после войны, пройдя через американский фильтрационный лагерь, где ему была сделана операция по удалению его личного номера (63752), который татуировался на теле у каждого члена СС. Ему удавалось спокойно жить до осени 1957 г., когда агент "Моссад" прокурор земли Гессен Ф. Бауэр сообщил директору "Моссад" Исеру Харелу, что Эйхман собирается приступить к работе над своими воспоминаниями.

В официальной версии "Моссад" о похищении Эйхмана не говорится о его мемуарах. Летописцы этой организации утверждают, что буквально с конца Второй мировой войны еврейские вооруженные организации (в частности "Ханокмин" - бригада в составе английской армии, а позднее и "Моссад") приложили массу усилий к отысканию этого военного преступника. Это не могло быть правдой. Найти его не представляло труда, поскольку Эйхман жил в Аргентине под своей собственной фамилией. Однако интерес со стороны Израиля был проявлен к нему только осенью 1957 г. после информации Бауэра о мемуарах. Как только тогдашний премьер-министр Израиля Давид Бен-Гурион узнал о них, он сразу же отдал приказ Моссад выкрасть Эйхмана.

...Большие сомнения вызывает и версия непосредственных участников вывоза нациста из страны. Вот как она описана офицерами "Моссад": "Было решено выдать Эйхмана за одного из членов экипажа запасного самолета компании "Эль-Аль", подгулявшего в Буэнос-Айресе. Нациста до самолета должны были вести под руки двое "подвыпивших пилотов", громко распевая песни, смеясь и пошатываясь. Перед выездом с конспиративной квартиры Эйхмана одели в форму летчика израильской авиакомпании. Врач специальной иглой сделал ему укол, притупляющий чувства. Он плохо понимал, что происходит вокруг, но мог идти, поддерживаемый с двух сторон. Пленник настолько вошел в роль, что даже напомнил сотрудникам "Моссад" о том, что нужно надеть на него пиджак, когда они забыли это сделать. "Будет подозрительно, если на вас будут надеты пиджаки, а на мне - нет", - проинструктировал их Эйхман".

Если человеку вкалывают сильный наркотик или транквилизатор, и он "плохо воспринимает, что происходит вокруг и может идти только поддерживаемый с двух сторон", он обычно не помнит о своем пиджаке и не способен никого инструктировать. Значит: вся операция по вывозу была спланирована и проведена совсем по-другому (однако операция эта описана многими, в том числе и аргентинскими источниками); Либо Эйхману ничего не вкалывали и он свободно мог вырваться из рук израильтян в аэропорту или привлечь к себе внимание криком, либо своих похитителей Эйхман воспринял как спасителей или, по крайней мере, как союзников. Спустя сутки, 21 мая 1960 г., самолет с Эйхманом на борту приземлился в Израиле в аэропорту Лидда. АН апреля 1961 г. начался закрытый процесс (стоило ли красть человека, чтобы судить его закрытым судом?). 31 мая 1961 г., всего через полтора месяца после начала суда, Адольф Эйхман был казнен через повешение.

... Эйхман мог надеяться на снисхождение и помощь в государстве, которое объявило своей официальной идеологией сионизм, укреплению которого он так помог в годы существования Третьего рейха. Однако он ошибся. Он стал реальной угрозой, и его откровения могли сильно повредить новой политике Израиля. Получив от Эйхмана гарантии (его семья оставалась в Аргентине в пределах досягаемости Моссад) в том, что он не оставил на свободе никаких записей и дневников, его уничтожили. Нацизм выполнил свою задачу. Массы евреев из Европы были выдавлены нацистами в Палестину. Теперь перед сионистами стояла задача изобразить себя наиболее потерпевшими от фашизма и наложить оброк на ФРГ. Уже спустя полгода после казни Эйхмана между канцлером ФРГ Конрадом Аденауэром и премьер-министром Израиля Давидом Бен-Гурионом был заключен секретный договор о поставках из ФРГ в Израиль в уплату за "зверства нацистов" новейшего вооружения для войны с арабскими странами".

Как видите, это та страница истории, которая сегодня старательно вычеркнута из учебников. В результате историки, чтобы связать концы с концами, в причинах начала Второй мировой вынуждены, как я уже писал, объявлять слабоумными не только Гитлера, но и всех остальных политиков Западной Европы. Иначе как объяснить, что Франция накануне войны с Германией снизила производство оружия и перешла на 40-часовую рабочую неделю? Чем объяснить, что премьер-министр Великобритании Невиль Чемберлен сначала объявил войну Германии, а потом начал к нейподготовку (у Англии даже винтовок не хватало), а Черчилль, призывавший готовиться к войне, считался экстремистом и в английском парламенте всегда был в меньшинстве? Почему нападение Гитлера на Польшу всех так ошарашило?

Союзники

Союз сионистов и нацистов для Гитлера был очень ценен, ради него Гитлеру можно было пожертвовать и Польшей, поскольку за сионистами стояло влиятельное еврейство всего мира. Только зная об этом союзе, все события, предшествовавшие войне, и все события войны, можно связать в единую логическую цепочку.

Давайте повторим: Гитлер приходит к власти, начинает вооружаться, вторгается в демилитаризованную Рейнскую область, присоединяет Австрию. А во всей Европе тишь и спокойствие. Почему7 Потому что все знают, что это подготовка к походу против коммунизма, против СССР. Какие-то телодвижения обозначила Франция, но ни Франции, ни Англии просто нет необходимости вооружаться или делать какие-то военные затраты, несмотря на призывы экстравагантного Черчилля.

Но вот и начало передела Европы, начало войны: Гитлер требует себе Судетскую область Чехословакии. Все понимают, что судетские немцы ему нужны для войны с СССР и чешская военная индустрия нужна для тех же целей. Ко всеобщей досаде, еще в 1924 г. Франция заключила с Чехословакией военный союз против тогда еще не гитлеровской Германии. Но это не беда, Франция и Англия в Мюнхене разрывают союз и заставляют Чехословакию сдаться Гитлеру.

В марте 1939 г. Гитлер захватывает всю Чехию, и теперь от него ожидают того, что он обещал, и того, что он обязан был сделать, - нападения в союзе с Польшей на СССР. Все были уверены, что Гитлер разгромит СССР и займется делами устройства немцев на новых землях. Война закончится, и Франции с SIZE=2>Англией просто глупо тратить деньги на подготовку к войне - ведь их участие в ней никак не предусматривалось.

Это логично, и западные политики тех лет отнюдь не были идиотами.

Но вдруг, совершенно неожиданно для Запада, Гитлер нападает на своего союзника по предстоящей войне с СССР - на Польшу. Это абсолютно нелогично!

Англия теперь не может оставаться безучастной и обязана вступить в войну, невзирая на степень своей готовности к ней. Почему? Великобритания - великая империя, над ней никогда не заходит солнце. Но голова этой империи - остров у берегов Европы. Если на континенте возникнет очень сильное государство, оно сможет захватить остров и... конец империи! Поэтому во все времена политика Англии строилась на противовесах в Европе: не дать созреть на континенте очень сильному союзу без противовеса в виде другого союза. Если от какого-либо союза возникнет опасность (он станет очень сильным), Британия примкнет к другому. Сильна стала наполеоновская Франция - Британия примкнула к России и Германии против Франции. Стала сильна к 1914 г. Германия, Британия примкнула к Франции и России против Германии.

То, что Гитлер собирался покончить с коммунизмом в России и за счет ее территориально увеличиться, Британию не пугало. В противовес Гитлеру были Франция и Польша, которые численностью населения не уступали Германии. Но после разгрома Польши Англия на континенте уже не могла организовать союз, равный по силе Германии. Нападая на Польшу, Гитлер загонял Англию в угол. Он, казалось бы, сошел с ума - ведь он основой своей политики всегда ставил мир с Британией! Как это понять? Действительно - не понять. Если не вспомнить и об интересах сионистов - главного союзника Гитлера.

Что дает сионистам совместное нападение Гитлера с Польшей на СССР? Ничего! Палестина не освобождена от британского протектората, и евреи в нее не едут. А страны Европы, в которых сосредоточен максимум евреев, пригодных для заселения Палестины, - Польша и СССР. В Польше 3,5 млн. некоммунистических евреев и, в отличие от немецких евреев, они, при нападении на Польшу Германии, окажутся в бесправном состоянии. Их можно будет против воли отправить в Палестину.

Вы скажете: евреи были полноправными гражданами Польши, как же их можно было без их согласия даже из уже покоренной Польши куда либо переселить, чтобы весь мир при этом не возмутился? Да, это проблема, и сионисты решили ее следующим образом. Историк Роже Гароди в "Мифах Израилита" пишет:
"5 сентября 1939 года, через два дня после объявления Англией и Францией войны Германии, Хаим Вейцман, председатель еврейского агентства, написал премьер-министру Англии Чемберлену письмо, в котором информировал его, что "мы, евреи, на стороне Великобритании и будем сражаться за демократию", уточнив, что "еврейские уполномоченные готовы немедленно заключить соглашение, чтобы можно было использовать все наши людские силы, нашу технику, нашу материальную помощь и все наши способности". Перепечатанное в "Джуиш Кроникл" 8 сентября 1939 года, это письмо представляло собой настоящее объявление еврейским миром войны Германии и ставило проблему интернирования всех германских евреев в концлагерях как "выходцев из народа, находящегося в состоянии войны с Германией"290

.

Надеюсь, вы поняли из этой цитаты, что, объявив Гитлеру войну, сионисты дали ему юридическое право собрать всех евреев на подконтрольных территориях в концентрационные лагеря (интернировать), а затем выслать их из страны, куда Гитлер, а не они, пожелает. Это находится в полном соответствии с законами войны и нормами международного права. Как только в 1941 г. Япония и США вступили в войну, в США были арестованы и помещены в лагеря 112 тысяч лиц японского происхождения, из которых 78 тысяч были американскими гражданами. Объявив Гитлеру войну, сионисты прикрыли его юридически от всех возможных обвинений в насилии над евреями. После войны, на заседании Нюрнбергского трибунала, на котором судили руководителей Германии, об этом акте агрессии евреев против Германии и о праве Гитлера посадить евреев в лагеря в ответ на этот акт, все дружно "забыли".

Сконцентрировать евреев сначала в гетто, а затем в лагерях легко, поскольку объединенные сионизмом евреи за всю Вторую мировую войну не сделали ни единого выстрела по немцам, не произвели ни единого акта саботажа. И сдерживал евреев сионизм, больше ведь некому.

За всю войну имеется единственный факт еврейского сопротивления - это восстание евреев варшавского гетто в 1943 г. Дело в том, что немцам катастрофически требовались рабочие руки на оборонные заводы, а евреев из гетто в Варшаве привлекать на эти работы можно было только в добровольном порядке. Евреи от работы уклонялись. Тогда немцы их всех переселили из гетто в трудовые концентрационные лагеря и заставили работать силой на заводах синтетического каучука и бензина. В конце переселения часть евреев в варшавском гетто оказали немцам вооруженное сопротивление, при подавлении которого было убито 3 немецких солдата. Сейчас это Варшавское восстание считается величайшим актом сопротивления фашизму, и никакие партизанские движения Белоруссии или Югославии не могут сравниться в пропагандистской шумихе с этой еврейской доблестью. Но даже с этим восстанием не все так просто.

Еще раз дадим слово Роже Гароди: "Примечательно, что во время празднования 50-й годовщины восстания в варшавском гетто глава израильского государства потребовал у Леха Валенсы не давать слова Мареку Эдельману, помощнику руководителя восстания, одному из выживших.

Марик Эдельман дал в 1993 году интервью Эдуарду Альтеру, корреспонденту израильской газеты "Гаарец", в котором он напомнил, кто были настоящие создатели и герои "Европейского боевого комитета" варшавского гетто: социалисты из Бунда, антисионисты, коммунисты, троцкисты, Михаил Розенфельд, Маля Циметбаум, сам Эдельман и меньшинство левых сионистов из Поалей Цион и Гашомер Гацаир.

Они сражались против нацизма с оружием в руках, как это делали евреи-добровольцы интернациональных бригад в Испании: более 30% американцев из бригады Авраама Линкольна были евреи, которых порицала сионистская пресса, потому что они сражались в Испании вместо того, чтобы ехать в Палестину.

В польской бригаде Домбровского из 5000 поляков 2250 были евреи.

Эти героические евреи сражались на всех фронтах в мире, вместе со всеми антифашистскими силами, а сионистские руководители в статье их представителя в Лондоне, озаглавленной "Должны ли евреи участвовать в антифашистском движении?", отвечали "нет" и указывали одну цель - "обустройство земли Израильской"291.

Даже годы не сгладили ненависть евреев-сионистов к евреям-коммунистам. Это же надо - на уровне президентов вмешиваются, чтобы не дать ветерану сказать правду о войне. Закончим мысль Гароди о том, что пришлось претерпеть лидерам сионизма в борьбе за Гитлера: "Наум Гольдман, президент Всемирной сионистской организации, а позже Всемирного еврейского конгресса, рассказывает в своей "Автобиографии" о своей драматической встрече в 1935 году с чешским министром иностранных дел Эдуардом Бенешом, который упрекал сионистов в том, что они своей Хааварой нарушают бойкот Гитлера и что Всемирная сионистская организация отказывается организовывать сопротивление нацизму.

"За мою жизнь мне приходилось участвовать во многих неприятных беседах, но никогда я не чувствовал себя таким несчастным и пристыженным, как в течение этих двух часов. И чувствовал всеми фибрами, что Бенеш был прав"292. Но ничего - справились сионисты со стыдом и в развязывании Второй мировой войны приняли самое активное участие.

Как видите, нападение Германии в союзе с Польшей на СССР сионистам (спасибо им!) ничего не давало, ведь и Палестина была не освобождена. А вот нападение Гитлера на своего союзника Польшу давало много.

Никому в мире нападение Германии на Польшу не было выгодно-ни самой Германии, ни Англии, ни Франции, - никому. Только сионистам и СССР (два противника - Германия и Польша - били друг друга). Но считать, что Гитлер осмысленно действовал в пользу своего врага Сталина, от которого он и потерпел впоследствии поражение, - глупо. Значит, он действовал в пользу сионистов.

И вот 1 сентября 1939 г. Германия нападает на Польшу, а 3 сентября Англия все же объявляет войну Гитлеру.

Гитлера можно считать авантюристом - очень рискованные цели он ставил перед Германией (захват России). Но его ни в коем случае нельзя назвать авантюристом по складу характера. Он по-немецки тщательно готовил все конкретные операции и действия. Предугадывая будущую войну как войну моторов, национал-социалисты еще до прихода к власти под эгидой партии создали Автомобильный корпус, что-то вроде ДОСААФ, в котором проходили обучение будущие кадры армии. К концу 30-х учебная база этого корпуса составляла 150 тыс. автомобилей и мотоциклов. Такая же организация была и для подготовки летчиков, да и создание военно-воздушных сил началось Гитлером с того, что каждый второй самолет строился учебным.

Экономика Германии была настолько хорошо продумана и созданы настолько высокие мобилизационные запасы, что никакие бомбардировки англо-американской авиации не смогли уменьшить производство оружия в Германии. Они даже не уменьшили темпов роста производства оружия.

Почти все гитлеровские генералы обвиняют Гитлера в том, что в августе 1941 г. он остановил наступление на Москву и предназначенные для этого войска отправил на север и на юг. Генералы считают, что Гитлер допустил грубейшую ошибку. Но дело в том, что Гитлер боялся фланговых ударов по группе армий "Центр" с севера и с юга, т.е. это его генералы по отношению к нему авантюристы, а он действует, как очень осторожный человек.

Смотрите, в 1937 г. Гитлер планирует провести захват Судетской области Чехословакии только в 1942 г. - через 5 лет. Именно к этому времени вооруженные силы Германии стали бы достаточно сильны, чтобы справиться с Чехословакией и ее союзницей Францией. Но вдруг, совершенно неожиданно, безо всякой военной подготовки он уже через год предъявляет ультиматум Франции, Англии и Чехословакии и захватывает Судеты. Причем вооруженные силы Германии в этот момент были так слабы, что вряд ли могли справиться с армией одной Чехословакии. Авантюра? Да, все это выглядит со стороны Гитлера авантюрой. Но если мы вспомним, что союзниками Гитлера были сионисты и что они могли гарантировать Гитлеру невмешательство Англии и Франции и отказ Чехословакии от помощи СССР, то тогда действия Гитлера авантюрой уже не выглядят. Это взвешенный расчет сил с учетом реальных сил своего союзника - международного еврейства.

Ведь когда премьер-министры Англии и Франции Чемберлен и Даладье предали чехов в Мюнхене, то по приезде на родину их встретили толпы ликующих англичан и французов - люди радовались, что их политики "спасли их от войны"293. А мы знаем, что радоваться и негодовать людей заставляет пресса, которая уже в то время была либо под прямым влиянием евреев, либо продажной.

А вот если выбросить из истории союз сионистов с нацистами, то приходится объяснять, что Гитлер в Мюнхене, вопреки своему характеру, пошел на авантюру, и она ему сошла с рук ввиду того, что Чемберлен, Даладье и Бенеш были трусливыми идиотами.

Мюнхен - это пробный камень дружбы сионистов и нацистов. Он подтвердил Гитлеру силу сионизма и то, что на сионистов можно положиться. Ему, по-видимому, не пришло в голову, что циничные международные евреи будут дружить с ним ровно столько, сколько им это будет выгодно, и до тех пор, пока им это выгодно.

В отличие от Чехословакии, у Гитлера никогда не было никаких планов войны с Польшей до весны 1939 г., когда он вдруг, порвав пакт о ненападении, предъявил Польше претензии по городу Данцигу и затребовал права свободного проезда через польскую территорию к Восточной Пруссии. Англия и Франция немедленно дали военные гарантии Польше, а накануне нападения Германии на Польшу еще и заключили с нею военный Союз. Казалось бы, при таком развитии событий Гитлер Должен был страшно удивиться, если бы Англия и Франция не объявили ему войну. Но вот что показывает работник тогдашнего МИДа Германии Шмидт о реакции Гитлера на объявления войны Англией, т.е. на то, что Гитлер обязан был ожидать, даже будучи трижды авантюристом:

"Гитлер окаменел, взгляд его был устремлен перед собой... Он сидел совершенно молча, не шевелясь. Только спустя некоторое время - оно показалось мне вечностью - Гитлер обратился к Риббентропу, который замер у окна: "Что же теперь будет?" - сердито спросил он у своего министра иностранных дел..."294

Это не реакция авантюриста, авантюрист надеется ма лучшее, но и худшее для него неожиданностью не является. Растерянность Гитлера можно объяснить только одним - кто-то гарантировал ему, что войны с Англией и Францией не будет. Кто? Кто пообещал ему это, как и в случае с Чехословакией, но не сдержал обещания, так как в его планы мир между Германией и Англией не входил? Если не сионисты, то кто?

Для Гитлера война с Англией была ударом, впоследствии он неоднократно будет предлагать Англии мир, но спросим себя: нужен ли был этот мир сионистам? Ведь Палестина все еще находилась под английской пятой, и Гитлер ее пока не освободил.

Загнанный в угол

Теперь уже Гитлер оказался загнанным в угол. Он не мог начать войну против СССР, имея за спиной готовящихся к войне Англию и Францию. Ведь если бы он даже уничтожил коммунизм в СССР, где гарантия, что находящиеся с ним в состоянии войны Англия и Франция не напали бы на обессиленную Германию и не покончили бы заодно и с национал-социализмом?

И Гитлер очищает тылы. Он нападает и молниеносно громит англо-французов во Франции. Франция сдается, Англия все еще не вооружилась. Возникает исключительно выгодный момент высадиться в Англии. Муссолини рвется в бой. Гитлер начинает подготовку операции "Морской лев" - операции по завоеванию Англии. Тратит огромные ресурсы на создание флота и средств высадки. Но...

Но мы забыли спросить сионистов - а надо ли им, чтобы Гитлер захватил Британию?

До конца XV в. международный еврейский центр (средоточие еврейских капиталов) был в Испании. В конце того века испанцы изгнали евреев. Евреи переместились сначала в Голландию, а затем прочно осели в Англии. К описываемому нами времени в мире возник и второй центр - в США. Эти центры даже конкурировали. Но мог ли сионизм допустить, чтобы хотя бы один из этих центров - базы сионизма - погиб? Нужна ли была сионистам гибель Британской империи? Чтобы осколки ее достались не сионистам, а, скажем, японцам? Нет, гибель Англии в планы сионистов не могла входить. Цель у них была скромнее - Палестина.

И Гитлер отменяет операцию "Морской лев", нападает на Балканы, вторгается на берега Средиземного моря и посылает корпус (потом - танковую армию) Роммеля в Ливию, чтобы она совместно с итальянцами, разгромив англичан в Египте, прорвалась и освободила от них Палестину.

К концу 1942 г. Роммель вторгся в Египет, и вопрос с Палестиной, казалось, был решен. Накануне в Ванзее собрались видные нацисты Германии и наметили меры, чтобы учесть, сосредоточить в концентрационных лагерях и подготовить к отправке в Палестину евреев несоветской части Европы. Назвали они этот план "Окончательным решением еврейского вопроса". И стали потихоньку, через Болгарию вывозить евреев в Палестину, чему, кстати, яростно противодействовал Черчилль.

Но англичане устояли, а все немецкие резервы пожирал Восточный фронт. (С его оценкой ошиблись все - и союзники, и немцы, и сионисты.) Фельдмаршал Кейтель писал: "Одной из самых больших возможностей, которую мы упустили, был Эль-Аламейн. (Решающая битва между немцами и англичанами у селения Эль-Аламейн в Египте. - Ю.М.) Требовалось совсем немного, чтобы захватить Александрию, и прорваться к Суэцкому каналу в Палестину. Но как раз тогда мы не были достаточно сильны на этом направлении из-за расположения наших сил и, в первую очередь из-за войны с Россией"295.

Чтобы объяснить, что именно Роммель делал в Африке, существует версия, будто он шел завоевывать для Германии нефтепромыслы Ирака и Ирана. Подобные объяснения устраивают людей, плохо знакомых с географией. Если бы Гитлер перебросил в 1942 г. танковую армию Роммеля вместе с прикрывавшим ее воздушным флотом в СССР и добавил ее к танковой армии Гота, действующей на кавказском направлении, то после овладения Кавказом немцы не только полностью обеспечили бы себя нефтью, но и путь к Ираку и Ирану был бы в два раза короче, в десять раз удобнее и в тысячу раз безопаснее. Немцы, воюя в Африке, пытались освободить от англичан Палестину для евреев, и другого разумного объяснения нет.

Армия Роммеля и итальянцы в Африке в 1943 г. сдались, а те евреи, которых к этому времени успели сосредоточить в концентрационных лагерях, там и остались.

22 июня 1941 г. Германия наконец приступает к реализации своего плана приобретения жизненного пространства - нападает на СССР. И на территории Советского Союза немцы начинают уничтожать советских евреев - не нужных сионистам интернационалистов. Казалось бы, все мировое еврейство в это время должно было встать на защиту своих советских единокровных братьев и сестер или хотя бы промолчать. Но сионисты и мировое еврейство не молчали.

Разгромленный Ельциным в начале 90-х Антисионистский комитет, до этого, в 1985 г., выпустил сборник "Белая книга антисионистского комитета советской общественности". (М., Юридическая литература). В сборнике по этому поводу сообщается следующее.

"Впервые в официальном правительственном документе-ноте НКВД СССР "О повсеместных грабежах, разорении населения и чудовищных зверствах германских властей на захваченных ими советских территориях" от 6 января 1942г. сообщалось о случаях "зверского насилия и массовых убийств". Мир узнал о "страшной резне и погромах, учиненных в Киеве немецкими захватчиками". Наряду с деталями о трагедии, имевшей место в Киеве, в ноте говорится и о других кошмарных по изуверству массовых убийствах безоружных и беззащитных евреев. Всемирная сионистская организация немедленно отреагировала на этот документ, объявив его... "большевистской пропагандой"'.
27 апреля 1942 г. НКВД СССР вновь обнародовал ноту, в которой приводились многочисленные факты зверств, фактический материал позволил нашему правительству прийти к выводу, что "расправы гитлеровцев над мирным советским населением затмили самые кровавые страницы истории человечества". А сионистские лидеры от имени своих организаций продолжал и делать заявления, фактически отрицающие достоверность информации о гитлеровском геноциде. Сокрытие правды объективно было на руку гитлеровцам.
В заявлениях так называемого "Еврейского агентства" от 7 и юля И 28 сентября 1942г.сведения, разоблачающие кровавые злодеяния, по-прежнему назывались "неправдоподобными вымыслами". 19 декабря 1942г. советское правительство опубликовало официальный документ "Осуществление гитлеровскими властями плана истребления еврейского населения Европы", основанный на анализе огромного фактического материала. А международные сионистские организации, руководствуясь своей узкоограниченной позицией, всячески противодействовали распространению истины о гитлеровских преступлениях и об их истинных масштабах.
Д. Жосеф, исполнявший в 1942 г. обязанности директора политического отдела "Еврейского агентства", мотивировал позицию руководящих деятелей международных сионистских организаций следующим образом: если мы сообщим, что миллионы евреев были уничтожены нацистами, нас справедливо спросят: где же те миллионы евреев, для которых мы требуем создать после войны национальный очаг на земле Израилевой?". В чем проявлялся в данном случае предательский характер позиции сионистской верхушки? Речь, понятно, не шла о том, можно ли было путем публичных выступлений и протестов непосредственно повлиять на судьбу людей, обреченных нацистами на уничтожение. Но, безусловно, информация о зверствах нацистов должна была служить дополнительно мобилизации духовных и материальных ресурсов в странах антигитлеровской коалиции, поэтому сокрытие правды объективно было на руку гитлеровцам.
Однако это мало волновало сионистских боссов. С фантастической по цинизму откровенностью выступил один из руководителей Всемирной сионистской организации (ВСО) на заседании ее исполкома 18 февраля 1943 г.: "сионизм превыше всего - и это необходимо провозглашать каждый раз, когда массовое уничтожение евреев может отвлечь наше внимание от сионистской борьбы"".

Но вот к осени 1942 г. немецкие войска в Северной Африке были остановлены англичанами и стало ясно, что в Палестину они не прорвутся. Было видно, что немцы хоть и наступают в России, но растянули фронт и начинают выдыхаться.

Осенью 1942 г. сионисты начинают потихоньку разжигать в прессе кампанию о том, что, дескать, немцы в концентрационных лагерях уничтожают европейских евреев, что якобы именно для этого они их туда и собрали. В Германии в это время недоумевают - о чем речь? Там еще не понимают, что сионисты их уже предали. Гиммлер запрашивает Мюллера, в концентрационных лагерях нацисты устраивают ревизию, за хозяйственные преступления коменданты лагерей идут под суд, а кое-кого из них и расстреливают. А миф о еврейском холоко-сте все набирает и набирает обороты...

Что ж, скажут мне некоторые читатели, евреи не воевали с Гитлером потому, что они очень мирные люди, у них не было никаких организаций, которые могли бы сплотить евреев Европы на борьбу с нацизмом. А вот это как раз не правда. В то время в Европе не было нации, которая была бы столь пронизана различными военизированными организациями, как евреи.

15 июня 1941 г. Третье управление НКГБ СССР* (* Перед войной НКВД СССР начал делиться на собственно НКВД, НКГБ и Особые отделы в РККА). подготовило справку о разработке еврейского националистического подполья, которое досталось СССР вместе с присоединенными от Польши областями, с Бессарабией и Прибалтикой. На тот момент Н КГБ для удобства и точности даже разделило это подполье на три части. Сионисты "левого" направления имели подпольные организации "Гордония", "Гашомер Гацоир" и "Гехолуз". Общие сионисты (огульные) были объединены в организации "Аниба" и упомянутую "Гехолуз". А крайне расистски и нацистски настроенные евреи были объединены в организации, созданные выходцем из Одессы Владимиром Жаботинским - "Бейтар", "Брит-Ахаяль" и "Галия". Кстати, боевики Жа-ботинского настолько ценили свое единство с Гитлером, что в Палестине у них даже форма была, как у гитлеровских штурмовых отрядов - коричневые рубашки.

НКГБ сообщал, что по мере разгрома этого подполья ему доставались подпольные радиостанции, подпольные типографии (причем высокого класса, в Вильнюсе такая типография "изготовляла фиктивные документы"), нашли также "гранаты и взрывчатку"296. И это подполье за всю войну не сделало ни единого выстрела по гитлеровцам, не выпустило против них ни одной листовки!

Единственные победители

Конечно, мои утверждения можно считать не более чем версией. Но давайте по примеру древних зададим вопрос - кому была выгодна Вторая мировая война?

Основные воюющие страны понесли людские и материальные потери, не сопоставимые ни с какими приобретениями. В том числе, от эпидемий и голода, вызванных гибелью Германии в концентрационных лагерях умерло несколько сот тысяч европейских евреев, так и не увидевших Палестину, да плюс к этому немцы убили несколько сот тысяч советских евреев по настоянию сионистов. Но...

Но в результате Второй мировой войны трещит Британская империя, в 1947 г. она отказывается от мандата на управление Палестиной, в 1948 г. образовывается Израиль и с тех пор он качает и качает золото с Германии и с кого может за жертвы, которые он не понес, с Германии, которая была его союзником. Такое надо уметь...

В 1945 г. Сталин в Потсдаме попытался убедить союзников возложить на Германию выплату репараций в пользу разрушенного войной СССР в сумме 15 млрд. долларов, союзник - США и Великобритания - в этой скромной просьбе отказали. Но зато они обложили репарациями Германию в пользу сионизма:

"Без массированной помощи извне государство Израиль нежизнеспособно. Главные источники его финансирования: официальная помощь США, поддержка международного еврейства и немецкие "компенсации". К 1992 г. ФРГ выплатила Израилю (а также еврейским организациям), согласно официальной статистике, 85,4 млрд. нем. марок, действительные же цифры значительно выше. Сюда следует еще причислить немецкие бесплатные поставки разных товаров. Наум Гольд-ман, многолетний председатель Всемирного еврейского конгресса, в книге "Еврейский парадокс" пишет: "Без немецких компенсаций, которые были выплачены в первые 10 лет после основания Израиля, государство не смогло бы развитьи половины существующей инфраструктуры: весь железнодорожный парк, все корабли, все электростанции, а также большая часть промышленности - немецкого происхождения""297.

Об авантюризме Гитлера

Когда делаешь вывод, который до тебя никто не делал, никакие факты, на которых основан вывод, никакая логика не бывают достаточными. Все время гложут сомнения - а вдруг ты что-то упустил, а вдруг не все знаешь?

В самом союзе Гитлера с сионизмом нового ничего нет, знают об этом достаточно многие, несмотря на блокаду этого вопроса в СМИ, несмотря на жестокие репрессии, которым подвергаются историки за исследование этих вопросов. А вот о том, что Гитлер был не просто в союзе, а и действовал для достижения цели сионизма, не пишет никто. А поскольку эта глава все же о Гитлере, то возможно в ней разумно разрешить и такие сомнения "-а вдруг Гитлер действительно был бездумным авантюристом, а вдруг все его нелогичные действия определены только его сумасбродством?

Проанализировал с этой целью книгу Эриха фон Манштейна "Утерянные победы", - а что если этот хорошо знавший Гитлера фельдмаршал докажет органический авантюризм фюрера7 Дело в том, что Манштейн, в отличие от других генералов, о Гитлере написал очень много, даже целую главу ему посвятил При этом он не просто описывает факты или поступки Гитлера, но и пытается анализировать их Его книга вообще полна аналитических разборов частью удачных, а частью сомнительных

В описании Манштейна Гитлер двоится Манштейн вроде, описывает одного человека, но характеристики ему дает настолько противоречивые, что создается впечатление, будто речь идет о двух разных людях Причем виноват в такой раздвоенности не Гитлер, а Манштейн.

У Манштейна не хватает знаний, культуры, чтобы понять Гитлера, и не хватает фантазии, чтобы смоделировать на себе свой анализ, т.е. спросить себя, а как бы я поступил на месте Гитлера?

Манштейн характеризует Гитлера как деспота, очень любящего власть (Что это значит - любить власть - он, как и прочие историки, не поясняет. Считается, что все люди очень любят власть и за это готовы на что угодно.) Подтверждает он деспотизм Гитлера неоднократными примерами того, как Гитлер часами спорил с Манштейном, приводя различные цифры из экономики, состояния вооружения и тд , отстаивая свое деспотическое, неправильное решение против решения Манштейна (по обыкновению гениального) Манштейну не приходит в голову вспомнить - а спорит ли он, командующий группой армий, часами с каким-либо своим командиром корпуса, когда тот предлагает Манштейну свое гениальное решение отвести свой корпус назад7Вопрос риторический, но ведь Манштейн себя деспотом, влюбленным во власть, не считает, он тупым деспотом считает Гитлера.

Ну хорошо, Манштейну виднее - деспот, так деспот Но дело в том, что Манштейн на этой своей характеристике не настаивает и прямо ее дезавуирует "С другой стороны, иногда Гитлер проявлял готовность выслушать соображения, даже если он не был с ними согласен, и мог затем по-деловому обсуждать их"298 Как видите, в описании Манштейна получается как бы два человека - один Гитлер деспот, который не слушает доводов, "приводя экономические и политические аргументы и достигая своего, так как эти аргументы обычно не в состоянии был опровергнуть фронтовой командир"296, а другой Гитлер по деловому обсуждает доводы, даже если он с ними первоначально не согласен.

Напряги Манштейн фантазию, и все стало бы на свои места Возьмем командира корпуса в группе армий Манштейна. У командира корпуса кругозор (знания) в пределах его корпуса (причем знания о корпусе у него, естественно, более полные, чем у Манштейна) и, в лучшем случае, в пределах армии, в которую входит корпус А у Манштейна кругозор в пределах всех корпусов его группы армий и (получаемые из Генштаба) знания обо всем Восточном фронте, как минимум И когда командир корпуса просит Манштейна разрешить ему отвод корпуса, то Манштейн, руководствуясь положением всей группы армий, может отказать, "приводя аргументы" о положении группы и фронта "и достигая своего, так как эти аргументы обычно не в состоянии был опровергнуть" рядовой командир корпуса А может, если этот отвод корпуса не вредит группе армий, "по-деловому обсудить" его Обычное дело, и Манштейну не стоило бы упрекать Гитлера в излишнем властолюбии Лучше попытаться понять те "политические и экономические аргументы", которыми Гитлер пытался поднять его, Манштейна культурный уровень А необходимость в этом была.

Скажем, Манштейн ведь военный специалист, тем не менее он даже в 50-х годах без комментариев дает такое сообщение периода подготовки к Курской битве ". большую роль играли донесения о чрезвычайном усилении противотанковой обороны противника особенно вследствие введения новых противотанковых ружей, против которых наши танки T-IV не могли устоять"300 Наши противотанковые ружья были приняты на вооружение в 1941 г и ничего нового за всю войну в этой области не было Манштейн обязан был бы об этом знать и прокомментировать это сообщение при написании мемуаров, как слух. Но он дает этот слух в голом виде, следовательно, знает о противотанковом оружии только понаслышке. (В незнании генералами, даже немецкими, оружия нет ничего удивительного. Министр вооружений Германии А. Шпеер вспоминал, как изумился Гитлер на артиллерийском полигоне, когда начальник Генштаба сухопутных войск Германии Ф. Гальдер спутал противотанковую пушку с легкой полевой гаубицей301. Дело в том, что Гальдер был генерал-полковником артиллерии.)

И уж совсем профанами были немецкие генералы, когда дело немного выходило за рамки их узкопрофессиональных интересов. Скажем, Манштейн пишет о его типичном конфликте с Гитлером:

"Но менее всего Гитлер был готов создать возможность для большого оперативного успеха в духе плана группы "Юг" путем отказа - хотя и временного - от Донбасса. На совещании в штабе группы в марте в городе Запорожье он заявил, что совершенно невозможно отдать противнику Донбасс даже временно. Если бы мы потеряли этот район, то нам нельзя было бы обеспечить сырьем свою военную промышленность Для противника же потеря Донбасса в свое время означала сокращение производства стали на 25% Что же касается никопольского марганца, то его значение для нас вообще нельзя выразить словами. Потеря Никополя (на Днепре, юго-западнее Запорожья) означала бы конец войны Далее, как Никополь, так и Донбасс не могут обойтись без электростанции в Запорожье. Эта точка зрения, правильность которой мы не могли детально проверить, имела решающее значение для Гитлера в период всей кампании 1943 г. Это привело к тому, что наша группа никогда не имела необходимой свободы при проведении своих операций, которая позволила бы ей нанести превосходящему противнику действительно эффективный удар или собрать достаточные силы на важном для нее северном фланге"302.

Поясню страх Гитлера. На производство оружия и техники идет качественная сталь, для производства которой используют различные химические элементы, но почти всегда кремний, хром и марганец.
С сырьем для получения кремния в Европе проблем нет.
75% мировых запасов хрома находится в ЮАР, 20% в Казахстане, остальное россыпью по миру. Есть он, в частности, в Югославии и Албании. Эти страны были доступны немцам в ту войну, следовательно, хром у них был.
Марганец применяется в специальных сталях. Скажем, в стали для траков танковых гусениц его должно быть 13%. А почти во всех остальных сталях его нужно иметь в пределах 0,6% - для нейтрализации вредного влияния серы, иначе сталь начнет ломаться. Мировые запасы марганца распределены так 60% в Никополе, немного в Грузии и Казахстане, остальное разбросано по миру Но в Европе марганца нигде нет! С потерей Никополя Германия переходила только на стратегические запасы марганца, и, при ее блокаде союзниками, это была агония Вбросят немцы в сталеплавильную печь последний килограмм ферромарганца, и выплавку стали можно прекращать -она без марганца не будет годиться для производства оружия и боеприпасов

Гитлер это знал, а Манштейн "не мог детально проверить" (что здесь проверять? Это надо просто знать') и поэтому требовал отдать Никополь нам без каких-либо волнений "Специалист подобен флюсу", Манштейн был хорошим, но очень узким специалистом. Как всегда в таких случаях, отсутствие надлежащего уровня знаний заменяется апломбом "профессионала", свято верящего, что войны выигрываются исключительно войсковыми операциями, созревающими в голове "лучшего оперативного ума", каковым Манштейн считался в немецкой армии. Думаю, у Гитлера были веские основания не назначать Манштейна вместо Кейтеля начальником Генерального штаба всех вооруженных сил Германии - общекультурная подготовка у Манштейна была весьма посредственной.

Нельзя сказать, что Манштейн совсем не замечает отсутствия логики в своих характеристиках Гитлеру. Ког-да речь идет о военном деле (о том, в чем он разбирает-ся), он пытается как-то объясниться с читателем в опи-сываемых противоречиях. К примеру. Он поддерживает общепринятую версию, что Гитлер был безжалостен к немецким солдатам и его никогда не волновало, сколько их погибнет. (Этот вывод Манштейну скорее требовался для объяснений безжалостности Гитлера по отношению к генералам: дескать, от природы зверь, да и только.) Но когда Манштейн начинает утверждать, что Гитлер органически боялся риска при проведении военных операций, возникает нестыковка характеристик фюрера, возникает вопрос: а чего собственно он боялся?

Ведь что такое страх риска? Это страх наказания, если риск не оправдает себя. Какое могло быть наказание Гитлеру от его рискованных поступков? Личной смерти Гитлер не боялся, это даже нет смысла обсуждать. Потери каких-то денег, богатства? Но Гитлер не имел никакой личной жизни, был безразличен к вещам и даже к еде - был вегетарианцем. Единственным его наказанием могла быть только совесть. Угрызения совести, страх этих угрызений единственно и могли вызвать боязнь рискованных военных решений. То есть страх, что из-за его решения погибнет много немецких солдат, заставлял Гитлера колебаться в каждом рискованном случае.

Но как же тогда муки совести за погибших немецких солдат сочетать с якобы безжалостностью Гитлера? Где логика? И Манштейн находит такой путь, чтобы свести концы с концами, - он в тексте все же утверждает, что Гитлер был безжалостен к людям, но одновременно дает к тексту такую сноску:
"Один бывший офицер ОКВ, переведенный туда как фронтовой офицер после тяжелого ранения, служебное положение которого позволяло ему наблюдать Гитлера почти ежедневно, особенно в связи с докладами об обстановке, а также и в более узком кругу, пишет мне по этому поводу: "Я вполне понимаю Ваше субъективное чувство (речь идет об отсутствии у Гитлера любви к войскам и о том, что потери войск для него были лишь цифрами). Таким он казался более или менее широкому кругу людей, но в действительности все было почти наоборот. С солдатской точки зрения он был, возможно, даже слишком мягким, во всяком случае он слишком зависел от чувств. Симптоматично, что он не мог переносить встречи с ужасами войны. Он боялся своей собственной мягкости и чувствительности, которые помешали бы ему принимать решения, которых требовала от него его роль политического руководителя Потери, О которых ему приходилось выслушивать подробные описания, а также получаемые им общие сведения о них вызывали в нем страх, он буквально страдал от этого, точно так же, как он страдал от смерти людей, которых он знал. В результате многолетних наблюдений я пришел к выводу, что это не было театральной игрой, это была одна из сторон его характера. Внешне он был подчеркнуто равнодушен, чтобы не поддаваться влиянию этого свойства характера, перед которым он сам испытывал страх. В этом кроется и более глубокая причина того, почему он не ездил на фронт и в города, подвергшиеся разрушению в результате бомбардировок Безусловно, это объяснялось не тем, чтоу него не хватало личного мужества, а тем, что он боялся своей реакции на эти ужасы. В неофициальной обстановке встречалось много случаев, когда во время разговора о действиях и усилиях наших войск - без различия чинов - можно было видеть, что он хорошо понимал то, что переживают сражающиеся войска, и сердечно относился к ним" Суждение этого офицера, который не относился к приверженцам или почитате-яям Гитлера, показывает, по крайней мере, насколько противоречивым могло быть впечатление, которое получали различные люди от характера и образа мышле-ния Гитлера, насколько трудно было по-настоящему узнать или понять его Если Гитлер, как говорится выше, был действительно "мягким", то как же объяснить в таком случае ту зверскую жестокость, которая с течением времени во все большей степени характеризо-вала его режим?"303 - вопрошает Манштейн.

Зверскую жестокость Гитлер проявлял только к вра-гам рейха и к "неполноценным народам", точно так же, как Манштейн и другие немецкие генералы. А к солда-там рейха Гитлер был до сентиментальности мягким, точь-в-точь как и Манштейн.

Манштейн, к примеру, роняет в мемуарах слезу о судьбе немецких солдат 6-й армии, попавших в плен под Сталинградом, дескать, в живых осталось всего несколько тысяч. А ему бы взять и согласовать эту свою жалость хотя бы с такой записью, сделанной 14 ноября 1941 г. в дневнике начальника Генштаба сухопутных войск Ф. Гальдера: "Молодечно: Русский тифозный лагерь военнопленных. 20 000 человек обречены на смерть". Между прочим, чтобы предотвратить тиф в Освенциме, куда немцы предварительно свозили евреев для отправки в Палестину, они обрабатывали одежду заключенных инсектицидом "Циклон Б", убивая тифозную вошь. (Потом сионисты извратят дело так, что "Циклоном Б" убивали евреев.) А здесь у Гальдера даже голова не болит - "обречены", и все тут. Далее Гальдер продолжает: "В других лагерях, расположенных в окрестностях, хотя там сыпного тифа нет, большое количество пленных умирает от голода... Однако какие-либо меры помощи в настоящее время невозможны"304. Как это понять? Немцы взяли все продсклады Западного военного округа, взяли весь урожай Белоруссии и Украины. Это в связи с чем помощь нашим пленным "невозможна"?

А что касается Сталинграда, то у Гальдера есть запись и по этому городу от 31 августа 1942 г.: "Сталинград: мужскую часть населения уничтожить, женскую вывезти"305.

Строго говоря, Манштейн в своих мемуарах мог бы пояснить, откуда взялось столько массовых захоронений советских граждан Крыма, в котором он командовал немецкими войсками, и что предъявляли ему в вину англичане, когда судили как военного преступника. Но он об этом помалкивает.

Вернемся к теме - был ли Гитлер по натуре авантюристом? Хотя бы таким, как Манштейн?
Что касается проведения фронтовых операций, то здесь Манштейн, за исключением нескольких операций, категоричен: Гитлер был трус и своей боязнью идти на риск мешал Манштейну выиграть войну. Зная авантюрность самого Манштейна и зная то, что мы всех судим по себе, можно, наверное, сделать вывод, что в области оперативного искусства Гитлер был вероятнее всего не трус, а просто здравомыслящий человек.

А вот что касается политики и стратегии, то здесь Манштейн снова описывает как бы другого человека и не менее категорично: Гитлер-трус превращается у него в отъявленного авантюриста. Но дадим слово самому Манштейну:
"Как военного руководителя Гитлера нельзя, конечно, сбрасывать со счетов с помощью излюбленного выражения "ефрейтор Первой мировой войны". Несомненно, он обладал известной способностью анализа оперативных возможностей, которая проявилась уже в тот момент, когда он одобрил план операций на Западном фронте, предложенный группой армий "А". Подобные способности нередко встречаются также и у дилетантов в военных вопросах. Иначе военной истории нечего было бы сообщать о ряде князей или принцев как талантливых полководцах.
Но, помимо этого, Гитлер обладал большими знаниями и удивительной памятью, а также творческой фантазией в области техники и всех проблем вооружения. Его знания в области применения новых видов оружия в нашей армии и - что было еще более удивительно - в армии противника, а также цифровых данных относительно производства вооружения в своей стране и в странах противника, были поразительны306.
...После успехов, которых Гитлер добился к 1938 г. на политической арене, он в вопросах политики стал азартным игроком, но в военной области боялся всякого риска. Смелым решением Гитлера с военной точки зрения можно считать только решение оккупировать Норвегию, хотя и в этом вопросе инициатива исходила от гросс-адмирала Редера. Но даже и здесь,как только создалась критическая обстановка под Нарвиком, Гитлер был уже готов отдать приказ об оставлении города и тем самым пожертвовать главной целью всей операции - обеспечением вывоза руды. При проведении наступления на Западе также проявилась боязньГитлера пойти на военный риск, о чем уже шла речь выше. Решение Гитлера напасть на Советский Союз было в конце концов неизбежным следствием отказа от вторжения в Англию, риск которого опять-таки показался Гитлеру слишком большим.
Во время кампании против России боязнь риска проявилась в двух формах. Во-первых, как будет показано ниже, в отклонении всякого маневра при проведении операций, который в условиях войны, начиная с 1943 г., мог быть обеспечен только добровольным, хотя и временным оставлением захваченных районов. Во-вторых, в боязни оголить второстепенные участки фронта или театры военных действий в интересах участка, который приобретал решающее значение, даже если на этом участке складывалась явно угрожающая обстановка"
307.

Итак, по Манштейну, Гитлер был трус в военных вопросах и авантюрист, "азартный игрок" в политических. Причем к своему мнению об авантюризме Манштейн присовокупляет и мнение будущего фельдмаршала Рундштедта и других генералов в 1939 г.: "Мы были с каждым разом все более пораженытем, какое невероятное политическое везение сопровождало до сих пор Гитлера при достижении им довольно прозрачных и скрытых целей без применения оружия. Казалось, что этот человек действует по почти безошибочному инстинкту"308.

Сначала задумаемся - а может ли так быть? Может ли один человек быть трусом в военной области и авантюристом в политической? Ведь при переходе из экономической области в военную, а из военной в политическую риск возрастает на порядки. Что стоит ошибка в экономической области? Скажем, построили не тот завод! Это пфенниги потерь в расчете на каждого немца, дополнительная его работа в течение нескольких минут.

А что стоит ошибка в военной области, скажем, проигранное сражение? Это уже десятки тысяч убитых граждан и сотни марок материальных потерь в расчете на каждого.

А что стоит ошибка в политике, скажем, выбор не того союзника или не того противника? Это миллионы убитых и десятки тысяч марок потерь в расчете на каждого оставшегося в живых. Эти риски несоизмеримы. По Манштейну получается, что Гитлер не рисковал там, где возможные потери еще не так велики, но охотно рисковал там, где они неизмеримы. Может ли такое быть? Может ли человек, который не принимает ванну из-за страха утонуть, отважиться переплыть Волгу в ее низовьях? Такой человек немыслим, и Гитлер им не был, он не был авантюристом.

Просто Гитлер знал то, чего не знали или не пишут его генералы (даже после войны). Они поражались "невероятному политическому везению" Гитлера. В роли "невероятного политического везения" Гитлера выступал сионизм - международное еврейство. Именно этот союзник обеспечивал Гитлеру достижение целей, которые генералам казались "невероятными".

К примеру, Манштейн от имени генералов, участников совещания у Гитлера, вспоминал: "Гитлер в 1938 г. развернул свои силы вдоль границ этой страны (Чехословакии. - Ю.М.), угрожая ей, и все же войны не было. Правда, старая немецкая поговорка, гласящая, что кувшин до тех пор носят к колодцу, пока он не разобьется, уже приглушенно звучала в наших ушах. На этот раз, кроме того, дело обстояло рискованнее, и игра, которую Гитлер, по всей видимости, хотел повторить, выглядела опаснее. Гарантия Великобритании теперь лежала на нашем пути. Затем мы также вспоминали об одном заявлении Гитлера, что он никогда не будет таким недалеким,как некоторые государственные деятели 1914 г., развязавшие войну на два фронта. Он это заявил, и, по крайней мере, эти слова свидетельствовали о холодном рассудке, хотя его человеческие чувства казались окаменевшими или омертвевшими. Он в резкой форме, но торжественно заявил своим военным советникам, что он не идиот, чтобы из-за города Данцига (Гданьск) или Польского коридора влезть в войну"309. Заявил и, тем не менее, именно из-за этого в войну и "влез", хотя ни ему, ни Германии она не была нужна. Теперь понятно, что она нужна была его союзнику - сионизму.

Манштейн, повторюсь, не пишет, что целью Гитлера (целью его союзников) было переселение западноевропейских евреев в Палестину, прямо он даже ничего не пишет о захвате Палестины, но он так детально анализирует бессмысленность войны против Англии в Средиземном море и Африке и прямую необходимость для победы над Англией высадки на Британские острова (он готовил свой корпус к этой высадке), что невольно напрашивается вопрос: какова же тогда цель войны Гитлера в Средиземном море и в Африке, если победа над Англией здесь ни при чем?

Манштейн рассматривает различные варианты операций на Средиземном море: как гипотетические (захват Мальты и Гибралтара), так и те, которые удачно или неудачно осуществлялись (захват Греции, Крита, Египта). Причем скорее из академического интереса, поскольку он одновременно утверждает, что с точки зрения стратегии война на Средиземном море именно Германии ничего не давала.

"Бесспорно, потеря позиций на Средиземном море была бы для Великобритании тяжелым ударом. Это могло бы сильно сказаться на Индии, на Ближнем Востоке и тем самым на снабжении Англии нефтью. Кроме того, окончательная блокада ее коммуникаций на Средиземном море сильно подорвала бы снабжение Англии. Но был бы этот ударсмертельным? На этот вопрос, по моему мнению, надо дать отрицательный ответ. В этом случае для Англии оставался бы открытым путь на Дальний и Ближний Восток через мыс Доброй Надежды, который никак нельзя было блокировать. В таком случае потребовалось бы создать плотное кольцо блокады вокруг Британских островов с помощью подводных лодок и авиации, т.е. избрать первый путь. Но это потребовало бы сосредоточения здесь всей авиации, так что для Средиземного моря ничего бы не осталось! Какой бы болезненной ни была для Англии потеря Гибралтара, Мальты, позиций в Египте и на Ближнем Востоке, этот удар не был бы для нее смертельным. Напротив, эти потери скорее ожесточили бы волю англичан к борьбе - это в их характере. Британская нация не признала бы этих потерь для себя роковыми и еще ожесточеннее продолжала бы борьбу! Она, по всей видимости, опровергла бы известное утверждение, что Средиземное море - это жизненно важная артерия Британской империи. Очень сомнительно также, чтобы доминионы не последовали за Англией при продолжении ею борьбы"310.

Победу в Европе могла обеспечить только высадка на Британские острова, эта высадка решала и вопросы победы на Средиземном море. Манштейн пишет:
"Важнейшим, видимо, было следующее: после завоевания Британских островов немцами враг потерял бы базу, которая, по крайней мере тогда, была необходима для наступления с моря на европейский континент. Осуществить вторжение через Атлантику, не пользуясь при этом в качестве трамплина Британскими островами, было в то время абсолютно невозможно, даже и в случае вступления Америки в войну. Можно не сомневаться также и в том, что после победы над Англией и вывода из строя английской авиации, изгнания английского флота за Атлантику и разрушения военного потенциала Британских островов Германия была бы в состоянии быстро улучшить обстановку на Средиземном море. Можно было, следовательно, сказать, что даже если английское правительство после потери Британских островов пыталось бы продолжать войну, оно вряд ли имело шансы выиграть ее. Последовали ли бы за Англией в этом случае доминионы?"311
Причем, несмотря на сложность форсирования Ла-Манша, у Манштейна не было сомнения в успехе захвата Британских островов, поскольку в 1940 г. у Германии "имелось одно решающее преимущество, а именно то обстоятельство, что она вначале не могла встретить на английском побережье какую-либо организованную оборону, обеспеченную хорошо вооруженными, обученными и хорошо управляемыми войсками. Фактически летом 1940 г. Англия была почти абсолютно беззащитна на суше перед вторжением"312. Это, со своей стороны, подтверждает и Черчилль.
Но Гитлер отказался от высадки и начал войну на Средиземном море, совместив ее с подготовкой войны с СССР. Причину этого отказа Манштейн дает и со слов Гитлера: "Он часто говорил, что не в интересах Германии уничтожить Британскую империю. Он считал, что она представляет собой крупное политическое достижение" - и сам: "Если же даже и не доверять полностью этим заявлениям Гитлера, то одно все же ясно: Гитлер знал, что в случае уничтожения Британской империи наследником будет не он, не Германия, а США, Япония или Советский Союз"
313.

Много загадок поставил Гитлер Манштейну. О них фельдмаршал то ли не хочет говорить, то ли действительно не знает на них ответов. Манштейн ведь никогда не был свитским генералом, вся его карьера после 1938 г. проходила исключительно на фронтах и задачи, стоящие перед Гитлером, могли быть ему действительно непонятны и от этого казались глупыми.
Скажем, такой эпизод. Осень 1942 г. Накануне Гитлер вывел из Крыма 11-ю армию Манштейна и отправил ее брать Ленинград. Не удалось. О взятии Москвы и речи не идет. На юге немцы тщетно бьются у стен Сталинграда и на кавказских перевалах. Разведка донесла, что наши войска готовят удар у Витебска. Гитлер посылает Манштейна туда, в связи с новым назначением они беседуют, и Гитлер предупреждает, что Манштейну, возможно, придется взять на себя командование группой армий "А" (Кавказское направление), которой до этого Гитлер командовал сам "по совместительству". "Но еще, - изумляется Манштейн, - удивительнее было то, что Гитлер в этот момент сказал в связи с моим возможным назначением на пост командующего этой группой армий. На будущий год он предполагает, заявил Гитлер, предпринять силами группы механизированных армий наступление через Кавказ на Ближний Восток!"314 Похоже, Манштейн искренне недоумевает, почему Гитлер - Верховный Главнокомандующий Вермахта - лично командует группой армий Кавказского направления и, главное, как он при такой обстановке на Восточном фронте может думать о Ближнем Востоке!

А Гитлер обязан был думать. Ведь перед ним стояла задача не только построить Тысячелетний Рейх на просторах СССР, но и Израиль в Палестине. И он обе эти задачи пытался решить. Палестина имела огромное значение: если бы Гитлер передал ее сионистам, вся пресса Великобритании требовала бы прекращения войны с Германией. В этом можно не сомневаться.

Таким образом, если внимательно вчитаться в свидетельства тех, кто знал Гитлера, и отбросить тенденциозность их оценок, то Гитлер предстает осторожным военным и государственным деятелем, особенно на фоне авантюризма его генералов.

А те решения Гитлера, которые внешне выглядят авантюрными, объясняются только одним - до момента, пока была надежда, что Гитлер сможет основать для сионизма Израиль, сионисты международного еврейства были его верными тайными союзниками, и Гитлер в своих расчетах основывался на совместных действиях: он открыто - на фронтах, а сионизм тайно - внутри стран - противников. Другого объяснения я не вижу.

Все еще сложнее

Поставив целью показать интересы сионизма во Второй мировой войне, я вынужден был разбить доказательства на этапы и на первом этапе сильно упростить вопрос о том, из кого состоял сионизм: до сих пор у меня получалось, что, помимо коммунистически настроенных евреев, все остальные евреи - сионисты. На самом деле это не так: сионисты-то они, может, и сионисты, но цели и у них очень разные, и, не разделив их по этим целям, невозможно понять, что же происходило.

Исследуя события Второй мировой войны, историки обязательно и охотно исследуют интересы всех участвовавших в войне государств. Сколько внимания, к примеру, посвящено интересам СССР: и Индию Сталин хотел захватить, и всю Европу, и на Англию вместе с Гитлером напасть, и т.д., и т.п.

Но было и государство, которое можно назвать Мировым Еврейством. У него были центры, были еврейские общины во всех странах, сеть объединяющих организаций, включая военизированные ("Хагана", "Бейтар" и т.д.), и были внутренние раздоры между сионистами и коммунистами. Почему никто не исследует интерес этого государства во Второй мировой войне?

Во всех воевавших государствах исследуются внутренние конфликты: Черчилль против Чемберлена, Гитлер против коммунистов, Сталин против троцкистов, Де Голль против Петена и т.д. и т.п. Весь мир разделился на сторонников интернациональной (коммунистической) идеи и сторонников расизма (немецкого, итальянского, англосакского и, само собой, еврейского). А мы на вещи смотрим так, как будто этот процесс коснулся всех, кроме евреев, не обращаем на разделение евреев внимания, даже тогда, когда факты невозможно игнорировать. А ведь вражда внутри еврейства была смертельной.

Скажем, израильский политолог М.С. Агурский, изучивший процессы в довоенном СССР, делает вывод: "... вплоть до тридцатых годов главными и почти исключительными врагами сионизма в СССР были сами же евреи... сионисты как внутри СССР, так и в Палестине видели главными виновниками этих преследований не саму советскую политическую систему, а т.н. Евсекцию и вообще коммунистов еврейского происхождения". И стоит ли удивляться, что немецкие нацисты, союзники сионистов, собирая в лагеря для отправки в Палестину западноевропейских евреев, одновременно по сговору с сионистами так безжалостно уничтожали советских? А сразу по окончании войны, в 1946 г., под флагом борьбы с антиамериканизмом, сионисты США провели тотальную расправу над евреями-интернационалистами. Были не только казнены супруги Розенберги, невиновность которых сегодня признана и в США, был снят со всех постов отец атомной бомбы Оппенгеймер. Тысячи коммунистически настроенных евреев лишились работы и даже отсидели в тюрьмах. Голливуд чистили так тщательно, что из США был вынужден эмигрировать даже Чарли Чаплин.

Так в связи с чем должно считать, что внутренняя гражданская война Международного еврейства не оказала никакого влияния на ход истории, на Вторую мировую войну?

Но и это не все. Были ли сами сионисты едиными? Давайте их сначала рассортируем по совершенно очевидным признакам.

Первые из них и самые маловлиятельные в мире - это фанатики-государственники, которые лично согласны жить в Израиле, согласны лично его обстраивать и защищать, и которых правильнее было бы называть уже не "евреи", а "израильтяне". Это обычные граждане своего государства, на сегодня, как граждане, возможно и наилучшие граждане среди граждан "цивилизованных" стран.

Вторая, тоже очевидная часть сионистов, - это те влиятельные евреи, которые живут во всех странах мира и сами в Израиль переезжать не собираются. В странах пребывания они владеют деньгами, они формируют общественное мнение, их лобби определяет политику этих стран, им подчиняется еврейский плебс этих стран, поскольку и ему от сионизма тоже перепадают крохи. Их можно назвать "заграничные сионисты", т.е. живущие вне Палестины, сегодня - вне Израиля.

Давайте поставим себе вопрос, кто из этих сионистов главнее, кто заказывает музыку в государстве Международные Евреи? Ответ, на мой взгляд, очевиден - заграничные сионисты. Это понятно даже с чисто человеческой точки зрения: израильтяне определяют политику крохотной страны, а заграничные сионисты определяют политику мира. Мы и сегодня видим, что израильтянам не нравится положение "братьев наших меньших". Тем не менее, они могут только повозмущаться, но сами ничего не способны сделать. Заграничные сионисты имеют все основания полагать, что они лучше израильтян знают, что Израилю надо и что ему делать.

Теперь принципиальный вопрос: едины ли заграничные сионисты? Сегодня нас пытаются натужно убедить как антисемиты, так и сами сионисты, что заграничные сионисты едины и всегда действуют одним фронтом. Однако если к ним присмотреться, то они безусловно едины только в одном - в подавлении любых попыток покушения на статус евреев во всех странах мира. В какой бы стране ни было высказано сомнение в целесообразности для этой страны еврейского засилья в финансах, политике или прессе, как тут же на эту страну начнется всеобщее наступление государства Международные Евреи. Вспомните невинные высказывания австрийского политика Хайдера и ту всемирную обструкцию, которая обрушилась на Австрию в целом.

Но в остальном заграничные сионисты свободны друг от друга и даже в вопросах политики Израиля позволяют себе иметь собственное мнение. А в главном вопросе - в вопросе своего существования, заграничные сионисты являются друг другу конкурентами в стадии злейших врагов. Основные доходы заграничным сионистам дает все, что связанно с торговлей: торговые проценты, банковское кредитование, биржевые спекуляции, адвокатское обслуживание. Власть заграничных сионистов в странах пребывания захватывается с помощью этих денег и предназначена для их преумножения. В мире количество покупателей ограничено, и для расширения своей торговли нужно захватить чужую. А чужой торговлей тоже владеют в основном те же заграничные сионисты, но только из других стран. Поэтому мира между заграничными сионистами быть не может: выбрав все из еще не освоенных торговых зон мира, они вгрызаются в горло друг другу, и сказки об их мирном сосуществовании - не более, чем сказки.

Торгуют с помощью денег. И тот, чьими деньгами торгуют, имеет огромное преимущество. Во-первых, он их печатает для обеспечения торговли и на 3 цента затрат на вновь напечатанную купюру получает на 100 долларов реальных товаров. Во-вторых, его банки кредитуют торговлю тех зон, в которых торгуют на эту валюту. В-третьих, его фирмы всегда с оборотными средствами для закупок. Таким образом, при свободной мировой торговле драка торговых конкурентов между собой имеет вид драки валют друг с другом. Но в сути своей речь идет, само собой, о марксовой драке за прибыль, а эта драка безжалостнаи беспощадна, как ее ни маскируй.

Два сионистских клана

К примеру, уже густо цитированный мною Г. Костырченко в свою очередь цитирует статью из № 2950 лондонской еврейской газеты "Jewish Cronicle" 20-х годов, в которой описывается страх лондонских евреев перед все более крепнувшими связями СССР и американских евреев. Лондонские евреи пишут определенно: "Цель американских финансистов в настоящее время разрушить Британскую империю". Сам Костырченко после этого хихикнул: "Последняя фраза звучит слишком эффектно, чтобы быть правдой"315. А если перед тем, как хихикать, попробовать подумать?

До Первой мировой войны финансистам США было не до мирового рынка. Руководствуясь идеями Г. Форда, они осваивали собственный рынок и с его помощью развивали собственную промышленность. Доллару хватало работы внутри США, а заграничным сионистам США хватало прибылей от обращения доллара на Североамериканском континенте. Если смотреть на этот вопрос с другой стороны, то промышленность США к тому времени еще не производила столько товаров, чтобы торговать ими на рынках, занятых Британской империей, занятых британскими товарами, занятых британским фунтом стерлингов.

Но после Первой мировой в США началось перепроизводство, промышленности США перестало хватать своего рынка, война за рынки с Британией стала неизбежна. Именно это высчитали лондонские евреи и запаниковали.

Сегодня в России выдающимся экономическим аналитиком является А.П. Паршев. Достаточно сказать, что он задолго и точно вычислил и падение рубля в 1998 г., и войну в Ираке, - задолго до того, как США начали к ней готовиться.

В своей книге "Почему Америка наступает" он в плане экономических аспектов обратился к встрече в августе 1941 г. в бухте Арджентия президента США Рузвельта и премьера Великобритании Черчилля. Черчилль просил помощи, а Рузвельт поставил ее условия. Детали этой торговли описал сын Рузвельта Эллиот. Вот отрывок на данную тему:
"Известны высокие оценки личности Сталина со стороны действующих лиц той всемирной трагедии. Помните черчиллевское: "Приняв страну с сохой, оставил с водородной бомбой..." Менее известны, так сказать, встречные отзывы. Характеризуя Черчилля как человека, который не побрезгует залезть к вам в карман и украсть копейку, о Рузвельте Сталин отозвался иначе:"А этот - другое дело, работает по-крупному..."
Дело в том, что экономика того времени отличалась от нынешней. Свободной торговли всех со всеми не существовало: не было единого мирового рынка промышленных и сельскохозяйственных товаров. Были двусторонние договора между странами о порядке торговли между ними, и третьему участнику доступа к этой торговле могло и не быть, разве только по более высоким ценам. В особенно выигрышной ситуации находилась Англия. Она торговала со своими доминионами по преференциальным соглашениям, неравноправным по отношению к ним. Другие страны завидовали Англии. Германия дважды пыталась вклиниться в эту систему - создать собственную колониальную империю или хотя бы зону торговли, где благодаря своему технологическому превосходству могла бы не бояться конкурентов. Свободной мировой торговли немцы то ли не хотели, то ли не надеялись на нее.
Америка же чувствовала в себе силы пойти по иному пути - она готова была конкурировать на любых рынках и рассчитывала на победу в этой борьбе. Когда-то в аналогичном положении была Англия, но с индустриализацией Германии и выходом на мировую арену Америки ей пришлось от агрессии фритредерства уйти в глухую оборону протекционизма. Вот что говорил на эту тему Рузвельт (уже не при англичанах), его слова Элли-от приводит в начале повествования о встрече в бухте Арджентия: "Есть еще одно обстоятельство, - сказал отец. - На карту поставлена судьба Британской .империи. Английские и германские банкиры уже давно прибрали к рукам почти всю мировую торговлю - правда, не все отдают себе в этом отчет. Даже поражение Германии в прошлой войне не изменило дела. Так вот, это не слишком выгодно для американской торговли, не правда ли? - Он приподнял брови и взглянул на меня. - Если в прошлом немцы и англичане стремились не допускать нас к участиюв мировой торговле, не давали развиваться нашему торговому судоходству, вытесняли нас с тех или других рынков, то теперь, когда Англия и Германия воюют друг с другом, что мы должны делать ?"
.

Рузвельт знал, что и как нужно делать. На переговорах он поднял вопрос "свободы торговли":

"Никаких искусственных барьеров, - продолжал отец, - как можно меньше экономических соглашений, предоставляющих одним государствам преимущества перед другими. Возможности для расширения торговли. Открытие рынков для здоровой конкуренции. - Он с невинным видом обвел глазами комнату.
Черчилль заворочался в кресле.
- Торговые соглашения Британской империи...- начал он внушительно. Отец прервал его:
-Да. Эти имперские торговые соглашения, - о них-то и идет речь. Именно из-за них народы Индии и Африки, всего колониального Ближнего и Дальнего Востока так отстали в своем развитии.
Шея Черчилля побагровела, и он подался вперед:
- Господин президент, Англия ни на минуту не намерена отказываться от своего преимущественного положения в Британских доминионах. Торговля, которая принесла Англии величие, будет продолжаться на условиях, устанавливаемых английскими министрами.
- Понимаете, Уинстон, - медленно сказал отец. - Вот где-то по этой линии у нас с вами могут возникнуть некоторые разногласия. Я твердо убежден в том, что мы не можем добиться прочного мира, если он не повлечет за собой развития отсталых стран, отсталых народов. Но как достигнуть этого? Ясно, что этого нельзя достичь методами восемнадцатого века. Так вот... Кто говорит о методах восемнадцатого века? Всякий ваш министр, рекомендующий политику, при которой из колониальной страны изымается огромное количество сырья без всякой компенсации для народа данной страны. Методы двадцатого века означают развитие промышленности в колониях и рост благосостояния народа путем повышения его жизненного уровня, путем его просвещения, путем его оздоровления, путем обеспечения ему компенсации за его сырьевые ресурсы.
...У премьер-министра был такой вид, как будто его сейчас хватит удар.
- Вы упомянули Индию, - прорычал он.
- Да. Я считаю, что мы не можем вести войну против фашистского рабства, не стремясь в то же время освободить народы всего мира от отсталой колониальной политики".

Извините за столь обширную цитату, но источник не из доступных, и информация просто уникальна. Оцените мастерство Рузвельта: новое экономическое устройство мира сулит самые спелые плоды американцам; но оно, естественно, будет вводиться исключительно "в интересах угнетенных наций". При этом все понимали, что цена вопроса - более равноправное участие Америки в мировой торговле, то есть - участие в том, чем занималась до того одна Англия. А экономически Америка сильней, и в "честной конкуренции" у Англии нет никаких шансов удержать свои позиции. И риторика по поводу "всех" была понятна всем: ни Германия, ни Япония не планировались на роль полноценных конкурентов.

Рузвельт, по сути, потребовал у Черчилля миром то же, что пытался получить войной Гитлер. По уровню конфликтности, право же, Англии впору было воевать не с Германией, а с Америкой"316.

То есть, не начни Гитлер войну, США сами начали бы эту войну с Британской империей. Надо думать, привычным себе подлым способом под соусом "борьбы за свободу угнетенных наций" в колониях и доминионах Британии. Не объявляя войны собственно Великобритании, США провоцировали бы восстания в колониях, а затем посылали бы туда оружие или даже войска для свержения какого-нибудь тогдашнего Саддама Хусейна и установления "несокрушимой свободы". Но подвернулся Гитлер, и Рузвельт не упустил возможности впустить в стерлинговую зону торговли доллар без явной конфронтации с Британией, поскольку бедный Черчилль все же вынужден был подписать 14 августа 1941 г. Атлантическую хартию с пунктом 4:"... они (США и Великобритания), соблюдая должным образом свои существующие обязательства, будут стремиться обеспечить такое положение, при котором все страны - великие или малые, победители или побежденные - имели бы доступ на равных основаниях к торговле и к мировым сырьевым источникам, необходимым для экономическогопроцветания этих стран"317.

Казалось бы, шла война, и союзники обязаны были думать о ней, а не о торговле. Но, как видите, торговля и была целью войны. Это естественно для тех, кто торговлю обслуживает, кто имеет возможность заставить из-за нее вступить в войну страну своего пребывания. Как видим, сионизм, в лице своих заграничных сил, не только уничтожил континентального конкурента - Германию. Одновременно американская его часть душила лондонскую. Конечно, ни лондонская, ни американская части сионизма не были против того, чтобы Гитлер перевез европейских евреев в Палестину и организовал

Израиль. Ни одна из них не была против того, чтобы Гитлер задушил их конкурентов в Германии и уничтожил про-коммунистических евреев. Но ни лондонские, ни американские сионисты никогда не дали бы Гитлеру сделать главное - сделать немецкую марку международной расчетной единицей. Однако до этого было далеко, для этого нужен был мир.

Еще момент, В любой стране не только евреи занимаются торговлей и банковским делом, но и коренные жители. И евреи находятся в конкуренции не только между собой, но и с ними. Однако, когда речь идет о захвате торговли на том или ином рынке, все процентщики страны выступают единым фронтом с евреями, поскольку им это выгодно. Поэтому точнее было бы писать, что это американские империалисты вступили в схватку с британскими, - если бы не сионизм, если бы не Палестина, которая неевреям была безразлична и, более того, мешала. Не было бы сионистского компонента, и нужно было бы писать, что Гитлер заключил союзс той или иной группой империалистов. Но поскольку его действия имеют совершенно очевидно сионистскую направленность (нападение на Польшу, концентрация евреев, битва Роммеля за Палестину), точнее будет именно так - не сговор с империалистами, а сговор с сионистами.

Возникает вопрос: с какой из двух противоборствующих частей зарубежного сионизма заключил союз Гитлер? Адольфа Эйхмана израильтяне предусмотрительно убили, не дав издать воспоминания, так что ответ надо найти, исследуя косвенные улики.

Его выбор

Напомню, Гитлер был категорическим противником войны с Великобританией и считал англичан естественными союзниками Германии. И дело здесь не в арийском происхождении, хотя и это в размышлениях Гитлера присутствовало. Гитлер был сторонник автаркии для немцев, т.е. состояния, когда страна сама себя обеспечивает и не нуждается во внешней торговле. Именно поэтому Гитлер и стремился приобрести для немцев необходимое жизненное пространство. А Великобритания зависела от внешней торговли со своими колониями и доминионами, и для нее врагом было не государство-автаркия, а тот, кто на эту торговлю покушается. Поэтому, как считал Гитлер, не являясь конкурентом Британской империи, Германия является ее естественным союзником. Гитлер, отдадим должное его уму, прекрасно видел, что без сильного союзника, такого как Германия или Япония, Британская империя существовать не сможет. За 15 лет до того, как Рузвельт прямо потребовал от Черчилля впустить доллар в зону фунта стерлингов, Гитлер писал в "Моей борьбе" (шрифтом мною выделено поистине удивительное для 1924 г. предвидение Гитлера. -Ю.М.):

"Труднее обстоит дело с Англией. В этой стране "самой свободной демократии" евреи обходным путем все еице неограниченно диктуют свою волю общественному мнению. Все-таки и в Англии мы видим уже непрерывную борьбу между представителями подлинно британских государственных интересов, с одной стороны, и защитниками еврейской мировой диктатуры, с другой.
Насколько острый характер зачастую принимают эти противоречия, впервые можно было видеть после войны в той разнице позиций в японском вопросе, какая выразилась во взглядах английского правительства, с одной стороны, и английской прессы, с другой.
Тотчас же по окончании мировой войны между Америкой и Японией, как известно, возникло старое взаимное раздражение. Великие европейские мировые державы, разумеется, тоже не смогли остаться равнодушными перед лицом новой военной опасности. Между Англией и Америкой, как известно, существует немало родственных связей. Но связи эти ни в коей мере не мешают возникнуть в Англии чувству известной зависти и озабоченности по поводу чрезмерного усиления Американского союза во всех областях международной политики и экономики. Еще недавно Америка была колонией, еще недавно все смотрели на эту страну как на дитя великой матери Англии. И вот теперь Америка становится владычицей всего мира. Вполне понятно, что Англия в тревожном беспокойстве пересматривает все свои старые союзы и британское государственное искусство с боязнью смотрит в будущее, как бы не наступил момент, когда формула "Англия - владычица морей" сменится формулой: "Америка - владычица морей". Справиться с американским государственным колоссом, с его бесчисленными богатствами и нетронутой неистощенной землей труднее, чем справиться с окруженной со всех сторон Германией. Если в момент, когда будет решаться спор между Англией и Америкой, Англия будет предоставлена сама себе, то приговор ей подписан заранее. Вот почему Англия так жадно стремится к союзу с желтой нацией, который с чисто расовой точки зрения может быть и довольно сомнителен, зато с государственно-политической точки зрения является единственной возможностью подкрепить мировое положение Великобритании против быстро растущего влияния американского континента.
И что же мы видели? В то время как английское правительство, несмотря на сотрудничество с Америкой на европейских фронтах, не хотело ослаблять своих связей с азиатским партнером, - еврейская пресса в Англии самым решительным образом ударила в тыл англо-японскому союзу.
Спрашивается: как же это было возможно, что те самые еврейские органы, которые вплоть до 1918 г. ни на минуту не переставали служить идее британской борьбы против немецкого государства, тут вдруг пошли своими собственными путями, как бы нарушив свою клятву верности?
Дело объясняется очень просто. Уничтожения Германии требовали в первую очередь не интересы Англии, а интересы еврейства. Подлинные государственные интересы Англии не требуют также и уничтожения Японии. Это тоже нужно только евреям, стремящимся, как известно, к неограниченному господству над всем миром. Вот и получается, что пока Англия озабочена только тем, чтобы укрепить свое положение в мире, евреи в то же время готовятся захватить господство над всем миром"
318.

Как видите, в этом вопросе государственное предвидение Гитлера не подвело - оставшись одна, без союзников, победившая во Второй мировой войне Британская империя распалась, а сегодня она - откровенная марионетка США, без малейших намеков на собственную национальную политику. Даже Германия с Францией выглядят более самостоятельными. Гитлер стремился к союзу с Великобританией не потому, что так уж сильно ее жалел. Тут был трезвый расчет: союзу Германии, • простирающейся до Уральских гор и Каспийского моря, и Британской империи тысячу лет ничего не будет грозить.

Гитлер, судя по всему, полагал, что, удовлетворив сионистов в Лондоне Палестиной, можно будет ожидать от них давления на британскую аристократию с целью заключения мира. И сионисты ему это, надо думать, обещали. Сам же Гитлер делал все, чтобы заключить мир с Великобританией, он ей предлагал этот мир неоднократно, он второго человека в партии Рудольфа Гесса в мае 1941 г. послал в Англию для переговоров по поводу мира и союза.

Естественно, что тайный союз Гитлер имел не с американскими сионистами, а с британскими. Особенно хорошо это видно по тому, как он поступил в декабре 1941 г. Этот, по меньшей мере, удивительный поступок также никак не рассматривается историками, даже с позиции сумасшествия Гитлера. На этот момент сложилась такая ситуация.

Ошибка сродни преступлению

Ошибка сродни преступлению

Британская империя вОшибка сродни преступлениюела отчаянную борьбу с Германией, отмеченную на тот момент сплошной цепью поражений. Ее союзник, СССР, также терпел поражения на всех фронтах, небольшие победы (под Ростовом и под Москвой) в расчет не принимались, поскольку немцы уже захватили Украину с Донбассом и вот-вот должны были взять Москву. США в войну не вступали и лишь оказывали Британии "помощь" за наличные деньги, в связи с чем Британская империя начисто исчерпала весь золотовалютный запас. А Гитлер постоянно предлагалей мир, подчеркнем - не капитуляцию, а почетный мир. Но поскольку Британия не соглашалась, Гитлер к 1942 г. усилил ее морскую блокаду, одновременно ведя бомбардировки английских городов.

В стане врагов Германия, Италия и Япония (с рядом мелких стран, типа Венгрии) были связаны с 27.09.1940 г. Антикоминтерновским пактом ("осью Рим-Берлин-Токио"). Но это был оборонительный союз: эти страны обязывались вступать в войну только в случае, если какая-нибудь из них подвергнется агрессии. Поэтому, когда Германия напала на СССР, Япония и не подумала вступить в войну - агрессором являлась Германия.

Сам Гитлер был по натуре человеком осторожным и, как вы прочли выше, по мнению Манштейна, даже нерешительным. Причем его кредо, навязчиво предлагаемое читателю по всему тексту "Моей борьбы", заключалось в уменьшении количества врагов Германии дипломатическим путем. К примеру: "Если немецкая нация хочет покончить с грозящей ей опасностью истребления в Европе, она не должна впадать в ошибки предвоенной эпохи и наживать себе врагов направо и налево. Нет, она должна отдать себе ясный ответ, какой же из противников является самым опасным, и затем концентрировать все свои силы, чтобы ударить по этому противнику"319

О мире с Британской империей Гитлер думал постоянно, и сообщения об этом имеются у всех. Гальдер в декабре 1941 г. отметил в дневнике: "Фюрер все еще надеется вступить в сделку с Англией за счет Франции". Чуть позже, в конце января 1942 г., Пиккер записал такое высказывание Гитлера: "С капиталистической точки зрения Англия - богатейшая в мире страна. Буржуа способен на подвиг, как только протянешь руку к его кошельку. Остаются только две возможности: уйти из Европы и удержать Восток и наоборот; и той другое удержать невозможно. Смена правительства будет вызвана решением уйти из Европы. Английская буржуазия сохраняет за Черчиллем его должность до тех пор, пока есть стремление при всех обстоятельствах продолжать эту войну. Будь она похитрее, она бы закончила ее и нанесла бы тем самым страшный удар Рузвельту. Она бы могла сказать: Англия не в состоянии продолжать войну. Помочь вы нам не можете, и мы вынуждены занять другую позицию в отношении Европы. Произойдет крах американской экономики, падет Рузвельт, и Америка перестанет представлять опасность для Англии"320.

Гитлер здесь абсолютно прав, поскольку заключенная между США и Великобританией Атлантическая хартия не была военным союзом этих стран против Германии и, главное, она заключалась в условиях августа 1941 г. А 7 декабря того же года на США и Британскую империю напала Япония, т.е. возникли обстоятельства, которые при заключении хартии не были учтены. Такие обстоятельства называются обстоятельствами непреодолимой силы, умники их называют форс-мажорными. Поскольку у Британской империи добавилась еще одна война, а в Европе не нашлось ни одного нового союзника, Лондон мог без ущерба для чести Британии заключить мире Германией, чтобы заняться Японией.

Повторю, для Британской империи продолжение войны с Германией имело бы смысл, если бы с нападением на нее Японии она получила нового союзника. А его не было. США - это торгаши себе на уме. В Первую мировую войну они были неизмеримо ближе Великобритании, тем не менее 2,5 года не воевали вовсе и в войну вступили только к шапочному разбору - 6 апреля 1917 г. И в 1941 г. даже гибель американского Тихоокеанского флота в Перл-Харборе 7 декабря 1941 г. не подняла на войну всех американцев: в Конгрессе США часть конгрессменов проголосовала даже против войны с не спрашивающей их мнения Японией. Совершенно очевидно, что с такими настроениями США либо совсем бы не объявили войну Германии, либо объявили бы ее только после победы над Японией. Когда утром 7 декабря 1941 г. у президента США собралось совещание по поводу нападения японцев, военный министр Г. Симпсон предложил объявить войну и Германии, но Рузвельт резко оборвал его: "Не надо!" Положение Великобритании было катастрофическим. Ей, казалось бы, не оставалось ничего, кроме мира с Германией.

И тут Гитлер берет и объявляет войну США! Сам!! Сам добавляет Великобритании союзника - США, - с которым она уже не может пойти на мир с Германией. И никто из историков не пытается понять, зачем Гитлер совершил этот поистине предательский по отношению к Германии акт? Укрепить союз с Японией? Но ведь Япония чихала на него и войну СССР все равно не объявила...

Кому выгодно?

Остается исследовать, кому это было выгодно. Германии? Нет слов... Британской империи? Нет, Британской империи было выгодно иметь то, что говорил Гитлер в записи Пиккера, - заключить мир с Германией и укрепить империю. США? Во время войны каждый лишний противник выгодным не бывает. Зарубежным сионистам в США? Тоже нет. Им было выгодно именно то, что было до объявления Германией войны США. Они поставляли оружие и амуницию в Англию, глухо запутывая ту в долгах.

После того как Британская империя передала США все свои золотовалютные запасы, США начали вести эти поставки по ленд-лизу (вроде бы сдавали их в бесплатную аренду). Но ленд-лиз не был бесплатным, поскольку требовал "обратного ленд-лиза", т.е. таких же бесплатных поставок сырья в США.Всего за войну США поставили по ленд-лизу военных материалов в воюющие страны на сумму в 46 млрд. долларов, но уже тогда получили обратно товаров от Великобритании на 30,3 млрд.; от СССР - на 9,8; от Франции - на 1,4; от других стран - на 1,5; всего на сумму более 43 млрд., т.е. практически эта "помощь" тоже велась на наличные. СССР остался должен США по итогам войны всего 772 млн. (т.е. около 7%) и те собирался отдать, если бы США предоставила ему статус благоприятного торгового партнера321. Для процентщиков в США это была идиллия - все траты на войну в Европе им в ходе и после войны Европа обязана была вернуть, обесценивая этим свою валюту и укрепляя доллар. А с вступлением США в войну с Германией американцы свои военные траты должны были навешивать на свой доллар, ослабляя его этим.

Если бы война закончилась без участия США, в послевоенном мире Британская империя обязана была все военные траты и долги, погашая их послевоенными налогами, включать в цену британских товаров. А из цены американских товаров, уменьшением налогов, исключались бы возвращенные США военные долги других стран. Это резко сказалось бы на конкурентоспособности американских товаров и вызвало бы ажиотажное доверие к доллару.

Таким образом, то, что Гитлер объявил войну США, было выгодно только тем, кто собирался и после войны торговать на фунты стерлингов, собирался этими фунтами давать кредиты и т.д., т.е. это было выгодно только британским процентщикам, среди которых главную роль играли английские зарубежные сионисты.

Для равновесия дополню исследование напоминанием, что, по версии Г.В. Смирнова, в 1942 г. СССР при посредничестве президента США Ф. Рузвельта заключил тайное и, скорее всего, устное соглашение с американскими зарубежными сионистами и получил от них самую разнообразную помощь,оказав после войны содействие в организации Израиля322.

***

Если подытожить все вышесказанное, явно подтверждается гипотеза, которую, если ты способен устоять перед давлением сионистов, можно считать доказанной.

Перед войной Гитлер заключил доверительно-устное соглашение с лондонскими сионистами, по которому он брался не только помочь в освобождении Палестины для заселения ее евреями, но и в насильном переселении их туда из восточноевропейских государств. По ходу войны это соглашение дополнилось организацией расправы над советскими евреями с тем, чтобы переселяемые в Палестину евреи не спешили из нее выехать.

Взамен лондонские сионисты организовали Гитлеру столь весомую помощь, что Гитлер начал внезапно перевыполнять даже собственные смелые планы. Он не собирался в 1936 г. действительно занимать демилитаризованную Рейнскую область, и немецкие батальоны получили его приказ немедленно отступать из нее, если Франция со своей стороны тоже введет в нее войска323. Но сионисты свое дело сделали - Франция оказалась парализованной, и Гитлер победил неожиданно для своих генералов, не понимавших, в чем тут дело. Это была первая проба союза.

Затем он присоединяет к Германии суверенную Австрию, и Франция с Великобританией вновь молчат, молчит и Лига Наций.

Судетскую область Чехословакии Гитлер планировал присоединить к Германии только в 1942 г., когда будет воссоздана армия, но присоединил ее в 1938г., а весной 1939 г. захватил и Чехию. Чемберлена и Даладье, сдавших немцам Чехословакию, "свободная" пресса объявляет героями и требует для них Нобелевскую премию.

Сионисты, как карточные шулеры, сначала давали жертве - Гитлеру - выиграть. А затем последовал первый обман - при нападении на Польшу Великобритания объявила Германии войну, хотя исходя из поведения и образа мыслей Гитлера она явно не должна была этого делать. Но Гитлер уже был на крючке и, судя по всему, продолжал верить сионистам. А они уже играли с ним в игру "как только, так сразу": если Гитлер атакует не Британские острова, а Африку, Великобритания сразу заключит с ним мир, как только Гитлер войдет в Палестину; как только Гитлер объявит войну США, Великобритания сразу заключит мир с Германией. Короче, сионисты "кинули" Гитлера. Возможно, и потому, что сами не смогли спрогнозировать, как именно война будет протекать. Ведь то, что СССР не пал в первые 8 недель войны, было неожиданностью для всего мира.

Как бы то ни было, Гитлер остался одураченным.