Глава 4. Этническая химера. Истоки ненависти

Судьба распорядилась так, что после 1991 г. мне неоднократно приходилось бывать на Украине в служебных командировках, порой достаточно длительных, непосредственно сталкиваясь с этой ничем не мотивированной и абсолютно ни на чем не основанной ненавистью ко всему русскому: Русскому народу, русскому языку, русской истории, русской культуре -всему, что олицетворяет собой Россия. Стремясь постигнуть подлинные истоки и смысл этой ненависти, я не единожды вступал в общение с так называемыми «щирыми (сознательными) украинцами», теми, кто искренне верует в самостийнические россказни про тысячелетнее «иснування украинськои державы», «московськэ панування», «росийсько-украинськи вийны» и тому подобный бред, усиленно насаждаемый сегодня украинскими СМИ, - и лично убедился, сколь глубоко укоренена она в сознании каждого «украинца», составляя центральный стержень его психологии, мировосприятия, поведенческих стереотипов, смысл общественного и личного бытия.

С одним из таких «сознательных» я случайно столкнулся в Киеве, на Майдане нэзалэжности. Он раздавал какой-то бандеровский листок и на весьма русифицированном варианте «мовы» с чувством рассказывал прохожим о том, что «украинцы» по-прежнему в неволе, ибо «москали» вкупе с пятой колонной всяческих «интернационалистов» расхищают национальные богатства Украины, грабят украинский народ (на календаре, между прочим, был 1998 год: седьмой год «нэзалэжности и самостийности»). Свои утверждения он, как это обычно и принято у «украинцев», подкреплял не конкретными фактами, а почти площадной бранью, дышащей неподдельной злобой и ненавистью к этим самым пресловутым «москалям».

Его никто не слушал. Задержавшись на минуту и взяв газетенку (благо раздавалась бесплатно), народ спешил дальше по своим неотложным делам. Я остановился. Неподдельный интерес, проявленный мною к гневным филиппикам в адрес «московских империалистов», привлек его внимание. Наверное, он подумал, что если я и не единомышленник, то, по крайней мере, из числа сочувствующих. Во всяком случае, проклятия и угрозы по адресу «москалей» зазвучали с удвоенной силой и еще большим пафосом:

- Пусть помнят подонки, грязь Москвы, что ничего у них не выйдет. Мы будем защищать свободу и независимость Украины с оружием в руках. Украинский народ не уничтожить, как и маленький героический чеченский народ! Смерть московской пятой колонне! Смерть московскому империализму! Да здравствует независимая Украина! Уничтожим москалей!..

Его боевые кличи, конечно, не оставили меня равнодушным. Ведь этот парень (а было ему лет двадцать пять, не больше), призывал убивать Русских, т.е. людей той национальности, к которой принадлежал и я. Эвфемизм «москали» сути не менял. Ненависть его была искренней, не театральной, а обтрепанный, замызганный вид заставлял предполагать, что передо мной не циничный наемник, работающий за мзду, а человек, так сказать, «идеи». А такие «идейные» слепо веруют всему, что проповедуют, и без лишних церемоний готовы жертвовать чужими жизнями ради осуществления своих «идеалов».

Я подошел к нему. Не для того, конечно, чтобы объявить войну. Столкнувшись со столь откровенным проявлением русоненавистнической сущности украинства, я решил выяснить те глубинные источники, которые ее питают, выяснить не на теоретическом уровне, а в непосредственном общении с живым носителем этой идеологии. Хотя украинство этого волонтера от самостийничества, как я догадывался, носило достаточно поверхностный, наносной характер. Косноязычная его «мова» никого не могла ввести в заблуждение: было ясно как день, что для него она внове и владеет он ею слабо, на уровне начальных классов украинской школы. Вероятно, принялся за ее изучение год, от силы, два назад.

Это был представитель того человеческого типа, который народился в Малороссии совсем недавно, буквально в последние годы, и этим-то как раз он и был интересен. Естественно, наш диалог мы начали с укрмовы, и мои вопросы стали для него полной неожиданностью.

- Зачем же так напрягаться: ведь твой родной - русский язык, а не украинский, не правда ли? К чему же тогда этот спектакль? По-моему, гораздо удобнее общаться на родном языке!

На мгновение он оторопел, но быстро нашелся, выпалив:

- Я - украинец! И говорю на своем родном языке. Он горделиво выпрямился и с высокомерным презрением глянул на меня.

Желания церемониться с ним я не испытывал и поэтому сразу уличил его во лжи, сделав грамматический разбор последних укрмовных тирад этого болтуна с указанием многочисленных допущенных ошибок. Я подчеркнуто говорил по-русски, но он понял, что имеет дело с человеком, владеющим и «мовою». Это сбило его с толку. Он все еще не мог определиться: кто же перед ним - «друг» или «враг», а тут, на беду его, вокруг стала собираться публика, почуяв возможность лицезреть если и не конфронтацию, то хотя бы политическую перепалку.

Он заволновался, но апломба не потерял и с той же украиномовной натугой, постепенно распаляясь, стал заученным тоном провозглашать ходячие «истины» самостийничества: про «трехсотлитне московське панування», «виковичнэ понэволэння та прыгноблэння украинцив», «их жорстоку русификацию», которую он каким-то странным образом увязывал с «голодомором та сталынськымы рэпрэсиямы», и дальше все в том же духе. Интересно, однако, то, что в длинном списке ценностей, изъятых «москалями» у «украинцев», «мова» занимала бесспорно первое место, намного перевешивая все остальное. О ней-то и был основной плач, и она-то с головой выдавала этого «щирого украинця», становясь все более бессвязной и маловразумительной, с отступлением не только от литературных, но и общепринятых разговорных форм. Несколько едких замечаний со стороны окружающих о слабой филологической подготовленности окончательно выбили украгитатора из колеи и взвинтили до предела.

Я понял, что самое время обнажить подлинную суть этого этнического маргинала и без обиняков заявил: все его россказни - чистейшая ложь, ибо, защищая якобы «прыгноблэну ридну мову», он сам даже не удосужился толком овладеть ею, хотя в последние восемьдесят лет для этого на Украине существовали идеальные условия.

Мой выпад окончательно вывел его из равновесия. Он пришел в бешенство, в глазах засверкала ненависть. Он, кажется, готов был броситься на меня с кулаками и вдруг - ко всеобщему изумлению - заорал на чистейшем русском языке:

- Да! Да! Я хотел бы говорить на украинском, но вы, московские колонизаторы, лишили меня всего, даже родного языка! Вы русифицировали украинцев триста лет, и они забыли свой родной язык!..

Эта вспышка была столь неожиданной, что все от удивления разинули рты.

Я был доволен. «Эффект радистки Кэт» сработал безотказно. Та, как известно, тоже провалилась на мелочи: числясь стопроцентной немкой, во время родов орала не «муттер», а «мама!», и этим родным русским воплем выдала себя с головой - умное гестапо сразу же поняло, что она - русская разведчица. Мой украинский визави тоже «раскололся» и, доведенный до экстремального состояния, уже не мог более притворяться, перейдя на родной русский и во все время последующей нашей дискуссии от него уже не отказывался.

Я, между тем, объяснил ему, что его утверждение -несусветная чушь: нельзя забыть родного языка, того языка, на котором ты говорил со своей матерью. И если уж ты в детстве общался с ней на украинском, то лишиться его мог разве что вследствие черепно-мозговой травмы. А вот если ты всегда говорил с родителями по-русски, а теперь в голову тебе пришло (точнее, в нее вбили), что твой родной язык совсем другой, значит, ты попросту предал своих родителей. И родителей твоих родителей, которые тоже ведь говорили по-русски. Никакие «ассимиляции», никакое насилие не способны заставить человека забыть родной язык, если он сам того не захочет.

Никто и никогда не навязывал Малороссии, ныне переименованной в «Украину», русского языка, ибо испокон веку он был для нее своим, ведь и население ее по национальности всегда являлось Русским. А сегодня здесь, на центральной площади Киева, «матери городов русских», забывчивый потомок Русских предков уже в качестве «украинца» с пеной у рта доказывал, что русский язык его родины - следствие «насильственной русификации», что «кацапское влияние» искоренило «мову» в городах, но в деревне она устояла: в его родном селе, на Сумщине, до сих пор говорят «на чистейшем украинском языке»!..

Я рассмеялся. Вздорность данного тезиса была раскрыта русскими филологами более ста лет назад, и тем не менее он по-прежнему проходит красной нитью через все пропагандистские украинские брошюры: вот, мол, смотрите, сельчане сохранили исконный народный язык «украинцев». Заблуждение, широко распространенное среди наших соотечественников, в общем-то весьма невежественных по части собственной истории. Я, как мог, разъяснил своему оппоненту, что и это его утверждение- всего лишь развесистая «клюква», рас-

считанная на олухов, не знающих подлинной истории Малороссии.

Разговорная сельская «мова» исторически сложилась в оккупированной поляками Юго-Западной Руси в XV-XVII вв. Первыми ее вынужденно стали использовать русские крепостные крестьяне Речи Посполитой. Приспосабливаясь к языку владевшего ими польского пана, они в общении с ним и его польской челядью постепенно перешли на разговорный русско-польский жаргон, лишь намного позже получивший громкое название «украинского языка». В XIX-XX вв. фрондирующие образованцы Малороссии этот суржик усовершенствовали, мутировав в некое подобие литературно-научного языка, и стали писать на нем беллетристические, исторические, а впоследствии и свои квазинаучные произведения. В советскую эпоху ему был придан статус «дэржавнои мовы» на территории УССР, но искусственное его распространение в силу естественного неприятия со стороны населения очень скоро было ограничено официальной документацией да творчеством украиномовных писателей, издававшихся за государственный кошт и никогда не читавшихся населением, потому что от живой малорусской речи их укряз уже отличался как небо от земли. Сегодня это различие доведено до полного абсурда1.

Разговорная «мова» малороссийских сельчан понятна любому Русскому человеку, ибо при всех своих полонизмах она все же - диалект русского языка. Не услышите вы в украинских деревнях словечек типа «долляр», «вализа», «ковдра», «агэнция», «Нидэрлян-ды» и тысяч им подобных, ныне директивно внедряемых в укрмову с единственной целью: максимально отдалить ее от русского языка, превратив его действительно в «иностранный». Искусственно сконструированный полонизованный новояз и навязывает украинская власть подвластному ей Русскому населению. Достаточно послушать дикторов «дэржавного тэлэбачэння», чтобы убедиться: все они говорят с явно выраженным польским акцентом. Так с какой стати в качестве «родного» нам навязывают польский суржик?..

Ответа на последний свой вопрос я, естественно, не дождался. И без того жидкий запас аргументов агитатора от украинства был окончательно исчерпан. Разговор пошел по кругу и потерял всякий смысл. Он снова завел старую песню про вековое угнетение, высылку в Сибирь, репрессии и «голодомор». Затем неожиданно про свинью, которая влезла в чужой дом, нахально развалившись за столом, а после того, как радушные хозяева поставили ей корыто с едой, вместо благодарности навязала им свои порядки, да еще и стала требовать от них хрюкать по-своему и служить своим московским хозяевам...

Его снова понесло. Он разразился очередным залпом угроз по адресу «москалей». Заскучавшая от бесконечного повторения однообразных заклинаний публика, так и не дождавшись вожделенного скандала, стала быстро расходиться.

Мне тоже было пора. Этот злобный и тупой «украинец» уже не представлял никакого познавательного интереса. Я в очередной раз убедился: дискутировать с самостийниками практически невозможно. И не только потому, что они безапелляционно отвергают самые очевидные исторические факты, а в качестве «неотразимых аргументой» выдвигают абсолютно ни на чем не основанные выдумки в стиле «а-ля Ноздрев», но еще и потому, что они совершенно не воспринимают каких-либо доводов, нетерпимы к возражениям, а уличенные во лжи, начинают площадно ругать «москалей» и «Московию», находя странную усладу в приклеивании этих оскорбительных ярлыков России и Русским.

В Днепропетровске одна престарелая дама, например, с пеной у рта доказывала мне, что России как таковой вообще никогда не существовало (непонятно, правда, отчего она так яростно ненавидела эту «несуществующую страну»), что «до сифилитика Петра I (знаете, конечно, что он был таким!) существовала просто Московия или Московское княжество с присоединенными к нему Казанским и Астраханским ханствами, для которых Иван IV (мясник-кровопийца) выклянчил титул «царя», задобрив кого нужно мехами соболей и бобров, а Украина была казачья республика уже с конца XV века!.. Еще в эпоху Богдана Хмельницкого (поступил, конечно, глупо, отдав Украину москалям) было Московское царство, а Русью и не пахло! И только Петр I велел впредь именовать его не «Московия», а «Россия», но ведь Россия - не Киевская Русь, Россия - это полуазиатское лоскутное государство, все свои годы сидевшая на штыках, а когда штыки затупились, сразу начался быстротечный распад, и танки не помогли!..»

Весь этот бред, со слепыми от ненависти глазами, извергал не какой-то полуграмотный неуч, а человек с высшим образованием, «профессиональный украиновед», как она гордо отрекомендовалась, не уточнив, правда, чем подрабатывает на жизнь: «мовой» или «украинской историей». В истории, впрочем, она была полный профан. В том числе и истории Малороссии. Ну да украинская идеология ведь и держится лишь за счет дремучего невежества своих адептов по части собственной истории. Еще Шульгин заметил о самостийниках: «Просвещение такой же враг для них, как заря - для злых духов».

Русских эта «украиновед» ненавидела самой жгучей ненавистью: «Живут на Украине, топчут ее землю, едят ее хлеб, а за пазухой держат нож... Все они - шовинисты и украиноненавистники. Самый последний лапотник из Курщины считает себя на голову выше какого-то там хохла. А у этого кацапа хата аж почернела от копоти и неухоженности, хотя почти рядом стоят бедные, но чистенькие, побеленные хатки жителей Сумской области. Я лично это наблюдала... Просто этому лапотнику со времен рабства (крепостного права. - СР.), вдалбливали в голову, что он лучше, чем все инородцы, и такая политика ведется и поныне. Оттого русские и ведут себя так нахально на Украине; разве их соотечественники, выехавшие в Америку и другие страны, требуют там государственного статуса русского языка?.. Вот поэтому и надо все первые классы перевести на обучение на древнейшем украинском языке, а чиновников аттестовать на знание и применение государственного языка. Кто им не хочет владеть - иди туда, где его знания необязательны (уборщица, сторож и т.д.), а еще лучше: езжай на свою историческую родину». «Почти все русские, что очутились на нашей земле, это - искатели лучшей доли, лучшей жизни, потому как им в их маленькой Московии жилось голодно и холодно. А теперь начинают требовать себе каких-то «прав». Давно следует всех их выслать туда, откуда они к нам понаезжали...»

Подобных встреч и дискуссий я имел немало и воочию смог убедиться, насколько далек живой, реальный «украинец» от того вымышленного, книжно-умозрительного прототипа, которым все еще довольствуется - то ли по инерции, то ли по незнанию - русская политология. Нет, она вовсе не игнорирует исповедуемой «украинцами» русофобии и многочисленных ее проявлений, но все они преподносятся в виде исключений из общего правила, «отдельных прискорбных фактов» или случайных эпизодов, дающих повод скорее к насмешке, чем к серьезному анализу. В целом же в наше сознание настойчиво внедряется образ «братского украинского народа» и упорное отстаивание этого мифа наглядно демонстрирует полное отсутствие у русских политиков верного понимания идеологии и практики украинства.

Между тем истина состоит в том, что в настоящий момент Малороссия превращена захватившими в ней власть «украинцами» в подлинный концлагерь для Русских, а факты так называемой «дискриминации русского меньшинства» (почему-то упорно сводимые только к языку!), на деле являют продуманную систему этнического геноцида, вся же болтовня об «украинськом видроджэнни», «нэзалэжности», «боротьби з тоталитаризмом» - не более чем дымовая завеса, призванная этот геноцид скрыть.

«Бывает геноцид физический, а бывает - национально-культурный. Его называют: этноцид. Рабочая группа по коренным народам при ЮНЕСКО понимает под этим термином «любое действие, направленное на лишение этнических черт или идентичности, любые формы национальной ассимиляции или интеграции, принуждение к переходу к чуждому образу жизни и любую пропаганду против коренных народов». Когда... происходит... переписывание истории, уничтожение национальных и культурных памятников, гонение на национальную религию, запрет и ограничение родного языка, насильственное (т.е. осуществленное в условиях политического, силового или экономического давления) изменение национальности людей, - это все и есть этноцид».

Иными словами, этноцид, осуществляемый на Украине, - это насильственная ассимиляция в «украинцев» Русских людей, «которых заставляют отрекаться от своих корней, своей истории, своего языка и культуры, своей крови, своих святынь, своей религии»2.

Широко практикуемый метод этногеноцида - манипуляции с численностью Русского населения Малороссии. Еще Горбачев в 1990 г. заявил, что из 52 млн. жителей Украины Русские составляют лишь «11,6 млн. человек». Эта совершенно ничем не обоснованная цифра тут же стала тиражироваться не только демократическими СМИ, но и русскими изданиями. При этом в качестве совершенно бесспорного признавался тот факт, что большинство «украинского населения» (не менее 2/3) составляли так называемые «русскоязычные», национальность которых почему-то не уточнялась. В итоге этнический состав «народа Украины» получался более чем странным: из 52 млн.

«11,6» - Русские, а «русскоязычные» - 34,6 млн. (2/3). Даже если в последнюю цифру включить тех, кто официально признан «русскими», собственно украинцев останется не более 17 млн. (из 52!). Но и в этой цифре «запрятаны» евреи, «белорусы» и другие нацменьшинства (а это еще 2-3 млн. минус). И получается, что на Украине как раз «украинцы» являются «нацменами», численностью всего 13-14 млн.!

Если бы наши СМИ хотя бы чуть-чуть задумывались над теми «фактами», которыми они пичкают легковерную публику, им рано или поздно пришлось бы признать, что по справедливости право на владение Украиной принадлежит как раз «русскоязычным», численность коих почти в 3(!) раза больше, нежели «украинцев», и потому по всем международным нормам украинскую неньку давно бы следовало переименовать в какую-нибудь «Руссляндию» или что-нибудь в этом роде. Чего, конечно, никогда не произойдет, ведь имеющая место путаница носит чисто манипуля-тивный характер. Ее цель: дезориентация Русского населения Украины и планомерное внушение ему комплекса «нацменьшинства». Так, сразу же после всесоюзной переписи 1989 г. в газете «Вечерний Киев» была опубликована статья, сообщавшая, что население Киева составляет 2 млн. 572 тыс. при 1 млн. 472 тыс. Русских и 856 тыс. «украинцев». Но уже через год эта же газета переиздала данную статью с совершенно иными цифрами: из 2 млн. 572 тыс. киевлян «русских»- 472 тыс., а «украинцев»- 1 млн. 856 тыс. (!). Так под начавшийся процесс дерусификации «матери городов русских» был подогнан необходимый статистический базис.

Примечательно, однако, то, что данные переписи 1989 г. в целом по Украине так и не были опубликованы. Их «засекреченность» легко объяснима: перепись четко зафиксировала, что из 52 млн. «украинского населения» Русскими только по паспорту оказались 21,6 млн. человек (а не 11,6 млн., как утверждал Горбачев). При этом еще 6,5 млн. назвали себя Русскими, хотя в их паспортах значилась национальность «украинец». К ним следует добавить около 1 млн. русинов, итого Русских даже по советской переписи получается почти 30 млн.! Но и эта цифра, безусловно, занижена.

Общеизвестно, что все переписи населения после Революции 1917 года искусственно подгонялись под национально-территориальное деление СССР. Насколько произвольно это делалось, видно из следующего факта. В результате румынской оккупации (1918) Россия потеряла практически всю Бессарабию. Тем не менее на левом берегу Днестра была организована «Молдавская АССР». В июле 1924 г. «молдаванами» в ней значились 14,2% населения, а уже к ноябрю того же года число их «подскочило» до 58%! Через год без каких-либо видимых причин оно «упало» до 32%.

Те же манипуляции с цифрами происходили и в образованной на месте Малороссии «Украинской ССР». Все переписи планомерно занижали численность Русских, записываемых в украинцы, с целью пропагандистского оправдания официально насаждаемой украинизации. Но знаменательно то, что проводимая коммунистической властью в течение жизни трех поколений политика дерусификации Малороссии так и не смогла достигнуть поставленной цели. Наступившие после 1985 г. послабления привели к тому, что большинство населения УССР (почти 30 млн.) отказались регистрировать себя в качестве «украинцев», сохранив подлинную этническую принадлежность.

Впрочем, политика дерусификации Малой Руси не прекратилась и сегодня переживает новый подъем. Ведь еще в 1994 г. Л.Кравчук заявил, что на Украине Русских вообще нет, а «11 млн. русскоязычных проблемы не составляют».

За истекшее после 1991 г. время власти предпринимали поистине титанические усилия для «ликвидации» Русского этноса, не брезгуя самыми подлыми средствами. Преподавательница из Ровно Лидия Свадеба описала следующий достаточно типичный случай: «Девчушка приходит после занятий домой и говорит родителям: «В школе записывали национальность, я ответила, что мои папа и мама украинцы». Мать удивлена: «Но я же русская?» Дочь в слезы: «Мама, не говори в школе, что ты русская, мне в классе будет плохо». Страх ребенка понятен: во дворе дома, где живет Л. Свадеба, детишки уже подсчитывают, в каких квартирах живут Русские. На вопрос: «Зачем вы делаете это?» - они с искренней непосредственностью поясняют: «Считаем, сколько квартир у нас освободится, если всех русских выгнать туда, в Россию»3.

То, что быть Русским «плохо» и даже «очень плохо», внушается самыми разнообразными методами. Например, в Краматорске женщине, не получавшей пенсию пять месяцев и буквально умиравшей с голода, начальник отдела пенсионного обеспечения Николенко В.Н. заявил: «Кацапам пусть Москва платит!» А мэр того же города Близнюк A.M. пообещал: «Я выживу из города всех москалей с имперским мышлением». По его личному указанию было состряпано уголовное дело против распространителя русской прессы Алексея Пшеничного, и хотя оно с треском провалилось, следователь Ов-чаренко пообещал матери Пшеничного, что все равно «упрячет» ее сына в тюрьму. По указанию СБУ (Служба Безопасности Украины, преемник КГБ) Алексею периодически отключают телефон, а когда включают, сразу же начинают звонить «неизвестные» с угрозами: «Москаль, убирайся в свою Московию!»

Такими же «неизвестными» зверски избит председатель Русской Общины Днепропетровска Виктор Тру-хин. Двое подонков напали на него в подъезде дома и, проломив голову, скрылись. В тяжелом состоянии Трухина доставили в больницу.

В подъезде своего дома во Львове 26 октября 1999 года был убит русский ученый В.Масловский. Смерть наступила в результате черепно-мозговой травмы и перелома шейного участка позвоночника.

Доктор исторических наук, профессор В.Масловский стал известен благодаря своим работам, разоблачавшим преступления бандеровцев во время Великой Отечественной войны. За опубликованную в 1990 г. книгу «Земля обвиняет» его уволили с работы в Институте общественных наук западноукраинского отделения АН Украины. С тех пор в течение почти десятилетия ученый оставался безработным, живя на небольшую пенсию, которую получал как инвалид Отечественной войны. Однако это не сломило волю В.Масловского. В условиях официальной реабилитации бывших «вояк» ОУН-УПА и возведения их в ранг национальных героев, якобы боровшихся «за вызволэння Украины», он в многочисленных статьях и выступлениях продолжал разоблачать человеконенавистническую суть «украинского национализма» и его чудовищные преступления.

Десять лет ученого травили как «ворога нэзалэжнои Украины», неоднократно угрожая расправой и через прессу, и лично - и в конце концов убили. Смерть настигла В.Масловского сразу же после выхода в свет очередной его книги «С кем и против кого воевали украинские националисты в годы Второй мировой войны» (М.: «Славянский диалог», 1999)4. Излишне говорить, что и это подлое убийство было списано властью на очередных «неизвестных», которых, конечно, найти не удалось, тем более, что их никто и не искал. Жена покойного, запуганная угрозами и шантажом, отказалась даже от возбуждения уголовного дела, заявив, что ее муж умер своей смертью.

Те, кто живет сегодня во Львове, наверное, смогут понять мотивы, толкнувшие вдову на столь кощунственную ложь. Ведь атмосфера города взрывоопасно насыщена буквально животной ненавистью к Русским, раз за разом проявляющейся в самых диких и разнузданных формах. Вот лишь несколько штрихов, дающих представление о царящем в «столице украинского Пьемонта» морально-политическом климате. 8 мая 2000 г. Канун праздника Победы. Финальный концерт Всеукраинского фестиваля авторской песни «Серебряная подкова». Рок-группа «Кому вниз» несколько раз исполняет «на бис» песню «Птичка по имени Нахтигаль», посвященную украинскому батальону СС «Нахтигаль» (соловей) и дивизии СС «Галичина». Одуревшие от алкоголя и децибелов молодчики перекрывают исполнителей песни возбужденным ревом нацистского приветствия «Хайль Гитлер!», вдогонку которому из сотен глоток несется еще один призыв -«Убей москаля!»

Тот же клич реял над беснующимися толпами после случайной гибели в мае 2000 г. малоизвестного львовского композитора И. Билозира, ставшего жертвой пьяной драки. Конфликт разгорелся из-за того, что И. Билозир мешал подвыпившей компании слушать «русские блатные песни». И хотя национальность напавших на него предпринимателя и офицера украинской армии так и не была объявлена (установленная впоследствии в центре Львова надпись гласит, что И.Билозира убили «росийськомовни вбывци»), гибель композитора стала поводом для организации очередного антирусского шабаша. В течение трех недель город был захлеснут стихией митингов и шествий. Среди выдвигаемых требований «немедленное выселение всех русских с Украины» являлось, пожалуй, наиболее «мягким». Кафе, где случилась трагедия, было разгромлено озверевшей толпой. Органы правопорядка, как и во всех подобных случаях, заняли позицию «невмешательства», иными словами, прямого поощрения русофобского беснования толпы.

Несмотря на наличие в украинском законодательстве статьи об уголовной ответственности «за разжигание межнациональной розни», на Украине официально действуют десятки организаций, открыто исповедующих не только необходимость этнического геноцида Русских, но и таковой проводящих в меру своих возможностей. Вот лишь некоторые из них.

Конгресс украинских националистов (КУН). Лидер Ярослава Стецько. Базисная установка партийной программы: «Извечным врагом Украины является дикая Московщина, и какими бы лозунгами она ни прикрывалась (коммунистическими, славянофильскими, правами человека или защиты православия), москаль является врагом украинца»5.

А вот выдержки из программы Союза украинской молодежи: «В первую очередь необходимо очистить Украину от пяти-шести миллионов московитов, которые являются паразитами... привыкли к господству над украинцами».

«Уничтожение России - это предварительное условие сильной Украины».

«Украина - это могильник Российской империи».

В 1992 г. возникла Социал-Националистическая партия Украины (СНПУ). Суть ее идеологии выразил руководитель львовского отделения И.Коцюрупа: «Я давно мечтаю устроить во Львове Варфоломеевскую ночь для русских. Но, понимаете, для этого еще недостаточно сил». Председатель СНПУ Ярослав Андрушкив постоянно заявляет о подготовке партии к «вооруженной борьбе за независимую Украину». С кем конкретно? Разумеется, с Русскими. На счету этой группировки погромы штаб-квартир оппозиционных партий, поджог русского культурного центра им. Пушкина, избиения активистов русского движения. Во всех случаях реакция правоохранительных органов была нулевой, а в ноябре 1995 СНПУ официально зарегистрирована Минюстом Украины.

Украинская национальная ассамблея (УНА). Вот как формулирует программные тезисы ее лидер Дмытро Корчинский (апрель 1993): «Задача наших организаций заключается не столько в том, чтобы добыть независимость, сколько в том, чтобы добить Россию в том виде, в каком она существует сейчас»6. В мае 1992 г. УНА принимает заявление по Крыму: «Крым будет украинским или безлюдным»7. После этого 350 молодчиков созданной при УНА боевой организации УНСО (Украинская народная самооборона) идут «походом» по Новороссии и Крыму с целью запугивания местного Русского населения. 16 января 1993 г. в Киеве состоялись командно-штабные учения УНСО «Глас вопиющего». В ходе них отрабатывались действия на случай «отделения Крыма, создания Донецко-Криворожской республики или агрессии России против Украины»8. Планируется, что еще до начала конфликта на территории России будут сосредоточены «50-100 опорных пунктов террора». Для этого до начала боевых действий в Россию будут засланы «250-500 морально выдержанных и подготовленных бойцов». Предполагаются «химическая атака в метро, на рынках, железнодорожных вокзалах, в больших магазинах». Будут заложены заряды взрывчатки «в многоэтажных жилых домах, подземных строениях, троллейбусах»9. С началом военных действий в Чечне боевики УНА-УНСО сражаются в отрядах чеченских бандформирований. 29 декабря 1994 г. партия зарегистрирована Минюстом Украины.

При столь же активном участии власти насаждается русофобия через средства массовой информации, в том числе государственные. Газета «Слово», орган «Товарыства украинськои мовы», официальной организации, дотируемой из госбюджета, в частности призывает: следует решительным образом уничтожить «гниль московского и других влияний в украинских городах, переполненных паразитами, тем грязным люмпенизированным полукриминальным московским кагалом, расселенным вокруг никому не нужных заводов и предприятий... Права на какую-то отдельную историчность и так называемую «самобытность» эта масса уже не имеет, и всякое сопротивление со стороны этой биомассы должно вызывать немедленные карательные устрашающие акции».

Газета «За вiльну Украшу». Финансируется львовским городским бюджетом. Русских представляет своим читателям следующим образом: «Народ в Донецке в основном переселенцы, бедняки с Курской и других областей России. Это в основном народ темный, забитый, безграмотный, но очень процветают среди них алкоголизм, бандитизм, хулиганство, воровство. Сомневаюсь, что можно пробудить у них сознание - им просто не понять, что это такое».

Особое место в психологической войне против Русских отводится идеологическому и физическому террору против верующих Православной Церкви. С 1991 по 1998 гг. при молчаливом согласии власти были уничтожены три православные епархии: Львовская, Ивано-франковская и Тернопольская. Погром сопровождался насильственным захватом более тысячи храмов, избиениями, а в ряде случаев и убийством православных священников и мирян. Государственные СМИ приняли самое деятельное участие в подготовке и осуществлении этой преступной кампании. Для начала Украинская Православная Церковь Московского Патриархата была объявлена «антиукраинской, антигосударственной организацией, которая работает на уничтожение украинской национальной культуры, на ликвидацию независимости Украины и возвращение ее в лоно Российской империи». Верующие ее названы «московитами», а самой ей в качестве «российской церковной структуры» инкриминирован вывоз в Россию денег, культурных и духовных ценностей10.

Именно под лозунгом спасения «национального майна» толпа «украинцев» в июне 1992 г. взяла штурмом здание епархиального управления в Ивано-Франковске, зверски избив находившихся в нем трех православных священников. После полученных травм о. Михаил Шувар месяц провел на больничной койке, а о. Адаму Залецкому пришлось перенести тяжелую хирургическую операцию. Руководивший штурмом украинский «священник» Орест Левицкий заявил правящему епископу Иллариону: все его действия согласованы с властью и рассчитывать на ее помощь не следует. И действительно, обратившимся за защитой в милицию православным офицер дежурной части вежливо объяснил: люди, завладевшие епархиальным зданием, не дают возможности вывезти церковное имущество в Москву, а милиция в такие дела не вмешивается. На следующий день после кровавого штурма в епархиальное управление явились судебные исполнители, которые описали все имущество и наложили арест на банковские счета.

Так прекратила свое существование православная Ивано-Франковская епархия. Все ее храмы и денежные средства были переданы униатам и самосвятам из украинской «церкви» лжепатриарха Филарета Денисенко, лишенного сана и преданного анафеме расстриги. Верующим канонической Церкви было позволено использовать в качестве «храма» убогое здание бывшего детского садика, но и отсюда власть не прекращает попыток выселить их под открытое небо, а немногочисленных его прихожан, сохранивших, несмотря на террор, верность Православию, «украинцы» продолжают преследовать и избивать.

По такому же сценарию уничтожены православные епархии Тернопольской и Львовской областей. Вот лишь один из тысячи эпизодов этой религиозной войны. 22 января 1998 г. в село Мельничное Турковского района Львовской области прибывает наряд милиции во главе с районным прокурором Кундиком В.В. Прокурор объявляет православным, что отныне в их церкви будут справлять службу и греко-католики. Православные, естественно, отказываются дать согласие на подобное кощунственное осквернение своего храма (тем более, что он является законной собственностью их общины). Тогда милиция во главе с прокурором бросается на штурм. Прихожане и священник жестоко избиты, в храме выбиты окна, уничтожены входные и боковые двери. Православные из него изгнаны, отныне он - собственность униатов. Никаких человеческих прав за верующими канонической Церкви, объявленными «москалями» и «оккупантами», украинская Фемида не признает, она по определению на стороне уродливого церковного гибрида - украинских греко-католиков. Божью Церковь этнические мутанты не приемлют, им роднее ее искусственный суррогат.

Сегодня в Червоной Руси на руинах Православия правят сатанинский шабаш униаты и католики, а православные, как во времена первых римских императоров, загнаны в глухое подполье, подвергаясь жестоким преследованиям и насилию. Кощунственное надругательство над верой предков естественно для «украинцев», людей без роду и племени, лишенных прошлого и будущего, этнических мутантов, заблудившихся в лабиринтах истории. Визит на Украину папы римского в июне 2001 года стал апофеозом национального предательства, окончательного отказа «украинцев» от своих исторических корней, своей истории, своей религии. Он также призван дать новый импульс дальнейшей эскалации католической агрессии на Восток. На очереди Волынь и Подолия, Новороссия и Слобожанщина, Крым и Донбасс. Война на уничтожение и духовное закабаление Русского народа переходит в свою решающую стадию.

Важнейшим направлением этнического геноцида Русских и их насильственной ассимиляции в «украинцев» является внедрение украинской идеологии в умы и души подрастающего поколения. Растление неокрепшего и неискушенного детского сознания русофобией, формирование его в духе ненависти к России и Русским определяет сегодня облик школьной системы образования на Украине, составляя основу преподавания таких предметов, как «украинська мова» и «история Украины». Особое место, конечно, отводится истории. Глава украинского отделения Фонда Сороса Богдан Гаврилишин в интервью киевской газете «Зеркало недели» с гордостью заявил, что ими выпущено около 90 наименований учебников по истории Украины «антиколониальной направленности». В некоторых из них авторы насчитывают до  четырех  «русско-украинских  войн»! Таковы же и другие исторические пособия. Так, на обложке исторического атласа для 8-го класса изображена картина боя: «Казаки гетмана Ивана Выговского побеждают московскую конницу в битве под Конотопом». Та же картинка воспроизведена на 20-й странице атласа. Что же созерцают дети? Они видят, как бравые казаки лихо рубят ненавистных москалей-краснокафтанников. Один «москаль» валяется, порубанный, на земле, другой с ужасом и страхом теряет саблю и прижимается к своему вздыбленному коню, но на него уже несутся два казака с пиками. Соответствующий текст дается и в учебнике: «28-29 июня 1659 года на р. Сосновке под Конотопом украинская армия нанесла сокрушительное поражение российской армии». То, что ударную силу «украинской армии» составляла 40-тысячная татарская орда, приглашенная Выговским в качестве «союзника», а «туземцы» в его войске были представлены всего лишь 5 тыс. «казаков», из коих половина приходилась на наемные отряды сербов, немцев, волохов и поляков, - дети, конечно, никогда не узнают. Как и того, почему после столь «блестящей победы» уже в октябре на казачьей раде под Германивкой Выговский низложен с гетманов и  вынужден спасаться  бегством в Польшу, где судьба по заслугам воздала ему за иуди-но служение: первоначально возведенный поляками в ранг сенатора и киевского воеводы с титулом князя «Русского княжества», он в 1664 г. ими же обвинен в предательстве и по приговору военного суда расстрелян... Конечно, все эти факты авторы учебника старательно замалчивают, их цель: закрепить в сознании ребенка миф о веками длящейся войне «украинцев» с Русскими, а «картинка» в атласе поможет сформировать осязательный «образ врага». Запечатленный подсознанием, он в нужный момент «выстрелит», а чтобы время не изгладило впечатление, его закрепят неоднократным повторением в течение всех лет обучения, начиная с самых младших классов.

Заглянем в учебник для 5-го класса. Первый миф, вдалбливаемый в голову учащихся, - «тысячелетнее существование» Украины и «украинцев». В качестве точки отсчета, разумеется, взят период древней Руси: «Загадочная дорога истории привела нас сегодня во времена возникновения украинского народа и строительства первого самостоятельного государства. Название этого государства- Киевская Русь»11. § 10 раздела, посвященного ей, так и называется: «Первостроители украинского государства». В их числе Кий, Щек, Хорив, Аскольд, Дир, затем Олег, Игорь и далее все русские князья, вплоть до Даниила Галицкого: он - «первый из украинских князей, коронованный королем»12.

Примечательно, что польское господство над Малороссией ни разу не упоминается в отрицательном контексте. Дела «украинцев» в Речи Посполитой шли отменно: процветала культура, развивался и совершенствовался язык, казаки были вольными, народ пел песни. Не хватало малости: снова стать независимым государством. Увы, исторические обстоятельства этому не благоприятствовали. После войны 1648-1654 годов (причины ее и ход не рассматриваются) «истерзанная, обессиленная Украина искала спасения». От кого его ждать? Татары ненадежны и продажны. «Турция, возможно, и защитила бы, но преградой к объединению с ней была давняя ненависть народа к «бусурманам». У европейских стран были свои проблемы. Оставалось только Московское царство».

«Созвал Хмельницкий казаков на совет. Спросил их: «Под каким правителем хотите быть? К кому обратимся за помощью?» Думали казаки, совещались. Решили пойти на союз с Москвой, хоть сердце к российскому самодержцу не лежало». «В 1654 году в Переяславе был подписан договор между Россией и Украиной. Он положил начало новому закабалению украинского народа», «вольнице пришел конец»13.

Но нашелся славный герой на украинской земле -гетман Иван Мазепа, стремившийся «сделать Украину великим и сильным европейским государством, освободить из-под гнета Московского царства». Перед Полтавской битвой «гетман обращается к казакам:

- Братья! Настал наш час! Воспользуемся этой возможностью! Отплатим москалям за насилие над нами, за нечеловеческие муки и обиды, причиненные нам! Пришло время сбросить ненавистный гнет...»

Увы, побили Русские короля Карла XII, а ведь «после победы шведов над Россией Украина должна была стать независимым государством. Но не суждено было счастье Украине». А замечательный гетман Мазепа, расстроившись, вскоре скончался. «Так закончилась жизнь одного из славных сынов Украины, мечтавшего увидеть свою землю свободной, а народ счастливым»14.

Совсем закатилась звезда «украинцев»: «Шли годы. Один за другим менялись российские цари. А Украина постепенно разорялась. Все больше притеснялись украинский язык и культура. Ограничивались в правах казаки, вводилось крепостничество». «Из свободного государства, основы которого заложил Богдан Хмельницкий, Украина превратилась в Малороссию- в Малую Россию»15.

Лишь два века спустя проглянул луч надежды: «В Киеве в первых числах марта 1917 года возникла Центральная Рада... Россияне неприязненно отнеслись к украинскому правительству. Их беспокоило то, что Украина может отделиться и стать самостоятельным государством. Разве могли допустить это те, кто столетиями вывозил с богатой украинской земли зерно, соль, рыбу, уголь, железную руду. Где еще найдешь территорию с такими плодородными землями, мягким климатом, трудолюбивыми и терпеливыми людьми? Те, кто хорошо знал, чего стоит Украина, понимали, какой большой кусок «пирога» может упасть с их стола»16. И, как это и принято у «россиян», они силой кинулись неволить «украинцев»: «Большевики России направили в Украину Красную Армию». Та подошла к Киеву. «На защиту столицы поспешили вновь сформированные отряды молодежи», встретившие врага на железнодорожной станции Круты. «Несколько раз герои отбивали атаки врагов. Шли в рукопашный бой. Но силы были неравными». Побили красные «украинську молодь». Но народ помнит своих героев: «Драматические события под Крутами остались в памяти украинского народа. Об этом поется в одной

из песен:

У Кыеви, пид Крутамы,
Буе бий тяжкий з москалями
(не с большевиками. - СР.)
Триста катив на одного,
На студэнта молодого.
Чэрвоние сниг на поли,
Цэ проллялы кров гэрои...
А по трупам тых гэроив
Зайшов ворог до Кыйова.
Ой, нэ смийся, лютый вражэ,
Голова твоя щэ ляжэ»17.

Вот такого рода «уроки» преподносит сегодня молодому поколению украинская школа. Разумеется, никто на Украине никогда не слышал этой псевдонародной «песни», сочиненной автором учебника в расчете на заведомую неискушенность школьников, ведь речь идет о детях 11-12 лет, принимающих за чистую монету любые россказни взрослых дядей и тетей, тем более наделенных авторитетным званием учителя. Руководимая такого рода «специалистами», детвора старательно заучивает тексты параграфов, даты, имена, географические названия и невдомек ей, что не знание прошлого своей Родины обретает она, а впитывает идеологическую отраву, калечащую юные души ложью и ненавистью к собственному народу, задрапированному вымышленным персонажем «москаля».

Примечательно, что термин этот несколько раз встречается в учебнике, но смысл его не разъясняется, хотя в конце каждого параграфа дается специальный словарь с толкованием незнакомых слов. Но контекст подачи понятия «москаль» таков, что ребенок быстро догадывается: эти закоренелые враги украинского народа - Русские.

Учебник для старших классов, посвященный периоду с конца XVIII по начало XX века, в этом смысле гораздо откровеннее. С первых же страниц школьник узнает, что Украина была колонией России, а «украинцы» - «резервуаром пушечного мяса» для российских военных авантюр: «Это была их плата за безгосударственное существование». Украине «пришлось кормить чужую армию и отдавать своих сынов на войну за чужие интересы». Русские на украинской земле - чужаки, «имперская русская власть» намеренно заселила ими юг и восток Украины с целью последующего отторжения этих территорий в пользу метрополии18. «Преступления русского царизма перед украинским народом» особо подчеркиваются славным житьем «украинцев» под властью Австро-Венгрии. Вот где страна была цивилизованная, и с образованием дело обстояло хорошо, и сейм местный действовал, и крепостные повинности император Иосиф II с мамой отменили. Для пущей убедительности приведена цитата Грушевского: «Переход Галичины под власть Австрии был первым началом возрождения украинской жизни в Западной Украине»19. В Восточной под «русским гнетом» ничего подобного, конечно, не происходило. Теперь школьнику понятно и то, почему самостийники в Галичине, этом «украинском Пьемонте», отнюдь не выступали за «нэзалэжнисть» от Австрии, зато настаивали на отделении Малороссии от России и присоединении ее к Австро-Венгерской империи: после мазепинских шведов не было у «украинцев» друзей лучше, чем австрийцы Грушевского20.

В § 60 авторы затрагивают тему религиозных отношений, облив грязью Православную Церковь и похвалив греко-католическую, которая «играла диаметрально противоположную роль». Какую? Содействовала «украинскому возрождению», тогда как Православная - «ассимиляции».

Насаждение русофобии в школе не ограничено предметом «История Украины». Активные ее пропагандисты - преподаватели «украинськои мовы та литэратуры». «Край наш родной, наша земля - это Украина. А потому и мы называемся украинцы. Когда Россией правили петербургские цари, они велели всем называться «русскими». Но мы не «русские» и не «малороссы», а только украинцы, а наш родной край - Украина. И будь ты маленький или взрослый, ты обязан с гордостью называть себя своим именем» (этот фрагмент изложения для учеников 6-го класса передала мне в 1996 году знакомая из Харькова).

А вот «воспитательный час» в одной из донецких школ. 7-й класс. Классная руководительница, рассуждая о патриотизме и любви к Родине, следующим образом объясняет детям русскоязычие Донбасса: «Когда-то здесь жили одни украинцы, розмовлялы и спивалы, а потом нашу землю захватили русские цари и заставили всех говорить по-русски. Вот почему ваши родители и вы, дети, общаетесь не на украинском языке. И только честные, порядочные, достойные люди сегодня говорят на «ридний мови». Дети должны понять: они и их родители - люди нечестные, непорядочные и недостойные. Во всяком случае до тех пор, пока не начнут «розмовляты украинською».

В Киеве детей за то, «что они разговаривают в школе на переменах на русском языке, учителя украинского (случай из жизни Печерского района) называют «хам», «свинья», «скотина» и угрожают заставить носить таблички на груди с надписью: «Я украинец, но не разговариваю по-украински»21.

Так уродуют сегодня в Малороссии души и разум русских детей, планомерно превращая их в янычар, ненавидящих собственный народ и призванных стать его злейшими, непримиримыми врагами. Весь учебно-воспитательный процесс построен таким образом, чтобы сформировать в сознании ребенка крайне негативное отношение к Русским и России: «закабаление украинского народа», «конец вольности», «колония», «насилие», «ненавистный гнет», «нечеловеческие муки и обиды, причиненные нам», «введение крепостничества», «притеснение украинского языка и культуры», «вывоз зерна, угля, рыбы, железной руды» - такой отвратительный образ Русского народа предстает в украинских учебниках истории и литературы. Татары, турки, поляки, евреи, немцы- никто не удостоился подобной «чести», со всеми «украинцы» поддерживали и поддерживают нормальные человеческие отношения. Со всеми, кроме Русских. Чувства и эмоции, которые последние способны вызывать, строго отрицательны: отвращение, ненависть, страх, жажда мести, презрение, насмешка, злорадство...

Пройдет каких-нибудь десять-пятнадцать лет, и миллионы сегодняшних школьников станут взрослыми. Те, кто успешно освоил учебный курс, продолжат карьеру, в том числе и в структурах правящей украинской элиты. Именно они будут определять приоритеты внутренней и внешней политики Украины. Краеугольным камнем их мировоззрения и политических устремлений будет убеждение, сформированное еще в детском возрасте: смысл существования «самостийной и нэзалэжной», ее историческое оправдание и геополитическое призвание заключены в непримиримом противостоянии единственному и вековечному своему врагу, соседней России. Это их убеждение будет подкреплено мощным идеологическим и финансовым воздействием с Запада, а включение к тому времени Украины в НАТО придаст ему дополнительные импульсы и вдохновение. Дальнейшее предсказать не сложно: многообразные проявления «холодной войны», отличающие современный этап российско-украинских отношений, плавно перерастут в войну «горячую». Совершенно немыслимая для сегодняшних поколений людей, живущих в Малороссии, она станет явлением давно ожидаемым, закономерным и даже необходимым для их потомков. Основы этого величайшего мировоззренческого и психологического переворота уже сейчас буднично и кропотливо закладываются украинской школой.

Что ж, подведем некоторые итоги. А в качестве таковых сделаем попытку дать ответы на вопросы, сформулированные в начале нашего расследования. Разумеется, они не будут исчерпывающими - проблема слишком сложна и многогранна, но кое-что, я полагаю, можно считать твердо установленным.

Итак, отношение «украинцев» к Русским и России? на чем основано, чем вдохновляется? как конкретно преломляется в политике «самостийной и сувэрэнной Украины»? На примере многочисленных фактов, как современных, так и исторических, мы смогли убедиться, что возникшее в XX столетии и ныне широко употребляемое на всем пространстве исторической России понятие «братский украинский народ», в сущности, лишено всякого смысла. На практике же оно ведет к вопиющим ошибкам и несуразностям в оценке феномена самостийничества и созданной им идеологии украинства. Подлинный, реальный «украинец»-как правило, злобный отрицатель всего русского. Собственно, быть «украинцем» и означает быть недоброжелателем, антагонистом Русского народа, Русского государства, русской культуры. И ничего больше. Само явление на свет Божий «украинца» в качестве определенного человеческого типа как раз и было вызвано этой враждебностью, ибо «украинец» ненавидит Россию и Русских по определению: родившись Русским, он не чувствует себя Русским, отрицает в самом себе русскостъ и злобно ненавидит все Русское.

Причины, эту ненависть питающие, совершенно надуманны и абсурдны, и тем не менее она - каждодневная бытовая реальность современной Украины. Ею пронизана вся атмосфера жизни украинского общества, его культура, образование, политика, профессиональные и социальные отношения. Она заложена в подсознании «украинца», пронизывает каждую его мысль, каждый его поступок, все его мировосприятие, не нуждаясь в каком-либо рациональном обосновании. «Я ненавижу русских потому, что я - украинец» - для всякого самостийника такое объяснение самодостаточно. Или обратный вариант: «хотя я - украинец, я не испытываю ненависти к русским»- с ощущением неизбывной вины, горьким осознанием того, что «я - не настоящий украинец, не национально-свидомый украинец, и мне предстоит еще много потрудиться над перековкой себя»...

Таково сознание всякого «украинца». Таково сознание всей той идеолого-политической общности, которая ныне с апломбом именует себя «украинской нацией». Понятно, что в приложении к ней эпитет «братский» есть полная бессмыслица, демонстрирующая страусиное желание игнорировать малоприятную для нас реальность.

Мировоззрение индивидуумов, составляющих общность «украинцев», может, конечно, существенно варьироваться по тем или иным вопросам, в оценке тех или иных жизненных явлений, но никогда- в отношении России и Русских. В этой части украинского мировоззрения разногласия не допускаются и жестоко преследуются. Если ты - «украинец», но не испытываешь ненависти к Русским, значит ты... ненавидишь Украину, свою родную землю, свой народ. Ты - «янычар», «предатель», «агент Москвы», «пятая колонна». Ты - такой же враг «украинского народа», как и Русские. Ты- еще больший враг, чем Русские, ибо, причисленный к великому сообществу «украинцев», готов всадить нож: в спину своих братьев, ведущих священную войну против векового насильника «неньки» - коварного и злобного «москаля». Единственная заслуженная тобой кара - смерть!

Ежедневно и ежечасно вдалбливается эта пещерная философия в головы граждан «самостийной и нэзалэжной». «Украинцы» должны жить под прессом постоянной ненависти к Русским и всему, что с ними связано. Недовольство скудной, безрадостной жизнью незаметно направляется на внешний объект - соседнюю РФ и рассеивается при помощи такого приема, как организация бесчисленного количества помпезных русофобских «мероприятий», «годовщин», трагикомических «стояний» и «шествий», в ходе которых под неумолчный плач о неисчислимом множестве «понэволэнь», «голодоморов» и «зныщэнни украинцив» планомерно разжигается антирусская истерия. Приносимая СМИ (прежде всего телевидением) практически в каждый дом, каждую семью, эта лавина ежедневных «репортажей ненависти» всякое недовольство действительностью канализирует в раз и навсегда избранном направлении. Главное, что должно дать эффект, - безотчетный характер прививаемой ненависти: «украинцу» следует ненавидеть Россию потому, что она - Россия, за то только, что она существует.

Это чувство поддерживается изо дня в день, становится обиходной привычкой, даже необходимостью. Оно дарит совершенно безвозмездную радость, когда у соседнего государства что-то не получается, и переполняет праведным возмущением, если там что-то выходит. Внутриукраинские события отходят на второй план, потребность в их анализе и понимании совершенно исчезает. Исподволь, как бы само собой формируется примитивное, убогое представление о том, что все достижения «украинцев»-следствие того, что они самый одаренный, самый распрекрасный народ в мире; за все же их потери, за сегодняшнее нищее и полуголодное существование ответственность несет извечный враг - Россия. А чтобы подобный черно-белый тип мышления стал единственной формой мировосприятия, его начинают формировать сызмальства, буквально с детского сада и школы, закрепляя форсированной милитаризацией сознания.

«Украинец» постоянно должен чувствовать себя в состоянии войны. В его душе должны жить страх, ненависть, слепое поклонение и безудержный восторг. Иначе говоря, его ментальность должна соответствовать состоянию войны, даже если таковой не имеется в наличии в переживаемый исторический момент. Все равно, рано или поздно, она разразится. Ее приход неизбежен, как смена времен года, восход и заход солнца. «Украинец» не может чувствовать себя в безопасности, покуда  существуют Россия и Русские.

Эта роковая неизбежность грядущего военного катаклизма в условиях полной социально-экономической несостоятельности украинского бандустана дает возможность нейтрализовать перманентно возникающее недовольство «украинца» его убогой, нищей жизнью, откладывая решение всех проблем «на потом», на неопределенное «счастливое будущее». А кроме того, делает нерассуждающим зомбированным фанатиком, которым легко манипулировать   властям предержащим.

При этом совсем не важно, какова вероятность военного противостояния и каковы его возможные последствия. Война как явление человеческой истории в общем-то является тем, что рано или поздно кончается каким-либо конкретным результатом- победой или поражением. Война «украинца» с «москалями» имеет характер запредельной бесконечности, она не может закончиться, ибо наличие ее - одна из главных скреп его внутренней духовной сущности, ее базовая, фундаментальная ценность. Эта война -тот самый постоянно действующий внешний раздражитель, который не дает ему сосредоточиться на чем-либо ином, кроме патологической ненависти к своему извечному историческому антиподу - «москалю».

Понятно, что сама по себе эта ненависть никак не гарантирует готовности к войне. Состояние украинской экономики и науки таково, что о создании современных вооруженных сил говорить не приходится. «Украинская армия» - такой же мыльный пузырь, как и «древнейший в мире украинский язык» или пресловутое открытие Америки «украинцами». Сам ее феномен родился буквально несколько лет назад, да и то лишь благодаря материально-технической базе Советской Армии, которая практически вся разворована и приведена в негодность. Говорить о наличии каких-либо исторических традиций также не приходится: они ограничены преклонением перед партизанщиной вояк вроде Петлюры, Бандеры или Шухевича.

В организации военного дела «украинцам» никогда не дотянуться даже до уровня батьки Махно. Да они и сами это прекрасно понимают. Недаром же наиболее воинственные нз них загодя готовятся именно к партизанской войне и диверсионной деятельности. Это - потолок украинской военной стратегии.

Но в грядущей войне с Россией «украинцы» и не рассчитывают на собственные вооруженные силы. «Заграница нам поможет!» - вот суть их военной доктрины. Их наглая агрессивность- следствие твердой убежденности в том, что по первому же призыву вся военная мощь Запада обрушится на ненавистную им Россию. Украине достаточно выступить в роли застрельщика-провокатора, а для этого хватит одной пехотной дивизии, даже вооруженной трехлинейками. И следует прямо признать: эти украинские ожидания вполне обоснованы.

Уже сегодня творцы «нового мирового порядка» откровенно подчеркивают, что в их планах по уничтожению России как великой мировой державы Украине отводится центральная роль, она - тот ударный таран, посредством которого Запад намерен окончательно развалить Россию и похоронить любые надежды на ее возрождение.

По словам З.Бжезинского, «Украина является ключевым государством постольку, поскольку затрагивается собственная будущая эволюция России»22. По его же убеждению, «появление независимого государства Украины не только вынудило всех россиян переосмыслить характер их собственной политической и этнической принадлежности, но и обозначило большую геополитическую неудачу Российского государства. Отречение от более чем 300-летней российской имперской истории означало потерю потенциально богатой индустриальной и сельскохозяйственной экономики и 52 млн. человек, этнически и религиозно наиболее связанных с русскими, которые способны были превратить Россию в действительно крупную и уверенную в себе имперскую державу»23.

Проводимая самостийной Украиной внутренняя и внешняя политика однозначно свидетельствует: она услужливо готова выполнить отведенную ей роль «троянского коня» русского мира, став передовым форпостом блока НАТО в его продвижении к границам России. С 1994 г. на украинской территории проводятся натовские учения «Казачья степь» и «Сибриз». С 1998 к ним добавился так называемый «Щит мира». В этом же году в распоряжение НАТО передан крупнейший в Европе Яворовский общевойсковой полигон, занимающий значительную часть Львовской области. 1-2 марта 2000 г. в Киеве состоялось выездное заседание Совета Североатлантического альянса на уровне министров иностранных дел. Ни одна из республик бывшего СССР не удостоилась чести принимать у себя столь высокопоставленный форум. В ходе встречи достигнута договоренность о подготовке украинских офицеров в учреждениях альянса, приведении вооружения и оснащения украинской армии в соответствие с натовскими стандартами и ряд других. Встреча показала: вступление Украины в НАТО - вопрос ближайших лет. А это означает, что на границах Ростовской, Курской, Воронежской областей будут стоять натовские танки, ракеты и самолеты и любая натовская дивизия сможет достичь Москвы в течение нескольких часов.

На фоне подобной перспективы продолжать себя тешить иллюзиями в отношении «украинцев» есть непроходимая глупость, а распространять миф о том, что их русофобия - не более чем словесная мишура, есть преступление. Каждый Русский человек должен четко усвоить: «украинский самостийник» - это враг, беспощадный и непримиримый, и относиться к нему следует соответствующим образом. Таков первый наш вывод.

Следующая принципиальная проблема, поставленная в нашем расследовании: время возникновения «украинской нации». Территория ее расселения. Что представляет собой «украинец» как этнический тип? Иерархия его ценностей, его мировосприятие, религия, отличительные черты. Детальное рассмотрение всех этих вопросов впереди, пока же остановимся на нашем утверждении, что этнонимом «украинский народ» обозначается не некий самостоятельный этнос, а этническая химера, возникшая в результате духовно-психологической и культурной мутации некоторой части Русского народа под длительным воздействием военно-культурной экспансии католического Запада.

Согласно концепции Льва Гумилева24 этническая химера возникает в зоне активного противоборства на протяжении длительного времени двух несовместимых этносов и представляет собой общность денационализированных, выпавших из обоих этносов людей. Так уж случилось в силу исторических обстоятельств, что именно Малороссии суждено было стать местом рождения этнической химеры украинства. Именно здесь многовековое противостояние двух несовместимых этносов, Русских и поляков, долгое время боровшихся за духовное и политическое преобладание в Восточной Европе, достигло наивысшего напряжения, обретя форму непримиримой конфронтации, охватившей буквально все области жизни двух народов: военную, религиозную, политическую, культурную, социальную и даже языковую. Именно насильственное совмещение полярных культурно-психологических доминант Русской и польской наций дало толчок процессу этнической мутации в этой исторической области России, приведшей к возникновению этнической химеры «украинцев», сообщества людей, выпавших из Русского этноса, но так и не ассимилированных польским. Деформация католицизмом и польской оккупацией русского национального характера, русского исторического призвания, русской идеи и породили, в конечном счете, «украинскую идеологию», «украинский менталитет» и то убогое, дегенеративное явление, которое сегодня пышно величают «украинской культурой»...

Итак, становление этнической химеры обусловлено процессом этнической мутации, комплекса искусственных изменений в менталитете и этнической доминанте отдельных представителей этноса под воздействием чужеродных и враждебных им влияний, приводящих к формированию у них качеств и характеристик не только им не свойственных, но и глубоко чуждых. Этномутация всегда характеризуется признаками национальной деградации и вырождения. Этнический мутант - это, как правило, нравственный и интеллектуальный ублюдок, ущербный тип при отсутствии каких-либо устоявшихся морально-религиозных норм и традиций. Утратив под давлением неблагоприятных исторических обстоятельств свою национальную самоидентификацию, этномутант никакой иной не приобрел, наследуя родовые признаки своего этноса в уродливой, неузнаваемой форме. Однако сам он это врожденное уродство воспринимает в качестве некоей «нормы», для него привычной и естественной, освященной историческим опытом как минимум нескольких предыдущих поколений, от которых и ведет свою «родословную» этнический мутант.

Всякую нацию отличает только ей одной присущая ментальность: особенности психического склада, иерархия этических ценностей и представлений о мире, формирующих систему поведенческих навыков, передаваемых из поколения в поколение и специфичных для каждого народа. Ментальность «украинцев» - бессистемное сочетание несовместимых между собой мировоззренческих установок, полный хаос царящих в их среде оценок, вкусов и культурных канонов. Их поведение непредсказуемо не только для окружающих, но зачастую и для них самих. Лишенные почвы под ногами и четких жизненных ориентиров, они в любых исторических обстоятельствах - изгои, отщепенцы, вечные странники, и это нескончаемое историческое скитальчество наложило совершенно особый отпечаток на их духовный и психологический облик.

Будучи этнической химерой, существующей лишь за счет далеко не бескорыстной поддержки извне, украинское сообщество находится под перманентной угрозой распада и полного исчезновения, отсюда та неуверенность в будущем и черная зависть к процветающим западным соседям, которые отличают всех без исключения его представителей. Разобщенные на огромной территории среди чуждого им населения, «украинцы» исполнены враждебности и страха, злобы и ненависти, агрессивного неприятия окружающей социокультурной среды и одновременно - пресмыкательского приспособления к ней. Они - разрушители, а не созидатели, исторические призраки, являющиеся на горизонте русской истории в качестве активно действующей силы в самые мрачные и беспросветные ее периоды. Они - антиистория, олицетворение ее регрессивных, архаичных форм с тупиковым путем развития, судьба которых всегда одна - историческое небытие.

Общее, что сплачивает «украинцев» в единую целостность, - тотальное негативное мироощущение, врожденная неспособность принимать реальность таковой, какова она есть, патологическая зацикленность на прошлом и вынашивание ни на чем не основанных прожектов в отношении будущего. «Украинская мечта» убога и бесхитростна: вишневый садок возле хаты, соловьиные трели по вечерам, игры и смех беззаботных парубков и девчат. Сытая, беспроблемная жизнь, философия «хлеба и зрелищ» - вот предел «украинских» вожделений.

Однако им не суждено когда-либо сбыться, ибо южная Русь всегда являла собой стратегический «коридор», по которому столетиями шли вооруженные полчища в самых разных направлениях, во все стороны света, туда и обратно. Это бесконечное движение предопределено геополитическим положением Малороссии, особенно ее западной окраины, местом непосредственного столкновения двух антагонистичных и непримиримых цивилизаций: католического Запада и православной России. Малая Русь - это, по сути дела, передовая линия фронта вот уже тысячу лет длящейся войны не на жизнь, а на смерть этих исторических антиподов. Любые ее попытки играть в этом конфликте  некую «самостоятельную роль» заведомо обречены:  слишком могущественные силы в нем задействованы.  Не получится  быть  и  «сторонним  наблюдателем». Или Малороссия как неотъемлемая часть русского православного мира по эту сторону фронта, или в качестве униатской окатоличенной «Украины» - по ту. И тогда она - боевой плацдарм Запада, «пушечное мясо» натовской военной машины, то наименее ценное ее «подразделение», которое не жалко принести в жертву, послав на самый опасный участок, где ждет ее верная смерть. Так что пресловутой «украинской хате» никогда не быть в стороне.

Ведущаяся с переменным успехом цивилизационная война Запада против России несколько раз приводила к существенному продвижению линии фронта в ту или иную сторону, соответственно изменяя и положение Малороссии. В течение IX-XII вв. Русский мир значительно продвинулся на запад, выйдя к Балтийскому морю и утвердив себя как равный с противостоящей ему Европой (вспомним хотя бы династические связи Ярослава Мудрого). После татарского погрома ослабленная и обескровленная, Русь лишилась половины своей территории, и форпосты Запада (через окатоличенную Литву) замаячили у московских лесов, а немцы наглухо закрыли нам Балтику. После нескольких веков собирания с силами Россия неуклонно стала двигаться в западном направлении, восстановив контроль почти над всеми своими этническими территориями. Дело оставалось за малым: вернуть Червоную и Прикарпатскую Русь, но катастрофа семнадцатого года полностью подчинила Россию западным интересам. И хотя победа над Германией максимально продвинула Советскую империю на запад, объединив под ее водительством весь славянский мир, крах 1991 г. показал  всю иллюзорность достигнутых успехов.

Сегодня Запад не только загнал Россию в границы Московского великого княжества, но и готовит ей последний решающий удар, в котором роль «троянского коня» отведена именно «украинцам» с их атавистической ненавистью ко всему русскому. Ирония истории, однако, заключена в том, что «украинцы» существуют лишь постольку и до тех пор, пока есть русские, которым «новым мировым порядком» объявлена война на уничтожение. В этой войне «украинцы» - всего лишь вспомогательное войско. Ниспровержение России и Русского народа автоматически делает и их ненужным, отработанным хламом, место которому на исторической свалке. В этой ситуации исчезновение их - вопрос времени.

Конечно, «украинцы» этого не понимают. Да и не могут понимать уже в силу того, что внутри этнической химеры способны развиваться лишь самоубийственные антисистемные идеологии, строящиеся на отрицании исторической реальности и фундаментальных законов, управляющих ею. Украинская доктрина - типичная антисистема, нацеленная на коренное изменение окружающего мира и имманентных ему законов, что на деле означает его полное разрушение. Она пробуждает в своих адептах стремление любой ценой вырваться из оков реальности, по сути, разрушая самих себя. И то и другое в пределе дает один результат- историческое небытие. Поэтому украинская химера не способна на развитие. Просуществовав некоторое, возможно, даже достаточно длительное время, она неизбежно распадется. Произойдет своего рода процесс этнической «аннигиляции»...

Что касается времени появления «украинцев», то мы можем считать твердо установленным следующее. Даже написанная в конце XVIII века «История Русов» никаких «украинцев» не знает, а ведь позиция ее автора стопроцентно украинская. И если уж он ничего не знает о существовании «украинцев», нам тем более не следует тщиться обнаружить их присутствие в эпохи ранее XIX века, в сороковых годах которого они уже громко заявляют о себе Кирилло-Мефодиевским братством, стихоплетством незабвенного Кобзаря и иными осязательными действиями. Но если не преувеличивать шумиху, поднятую вокруг этих первых сознательных (т.е. сознающих себя) «украинцев», а прибегнуть к чисто арифметическому подсчету наличных украинских сил, то окажется, что речь идет о нескольких сотнях, от силы тысяче человек!

В дальнейшем число их неуклонно возрастало, чему решающим образом содействовало озападнивание России в целом, особенно ее интеллектуальных слоев. Но даже к концу века число индивидуумов, идентифицирующих себя в качестве «украинцев», вряд ли насчитывало более одного, максимум двух десятков тысяч человек. Что, конечно, на «нацию» никак не тянет. Тем более, что все они - преимущественно интеллигенты, т.е. не просто бессословные маргиналы, а еще и убежденные космополиты по своему миросозерцанию. Их работа на украинство диктовалась отнюдь не этнической принадлежностью, а как раз ее утратой, что вызывало в этих бывших Русских патологическое неприятие всего русского. И только в XX веке с его революционными катаклизмами и мировыми войнами «украинцы» стали политической реальностью. Но опять же реальностью не самостоятельной, а родившейся из заинтересованности в ее существовании различных противоборствующих сил, которые не жалели материальных, дипломатических и военных усилий на то, чтобы вдохнуть хотя бы видимость жизни в украинский призрак.

И все же это по-прежнему был феномен политический, а не этнический. В качестве официально признанной нации «украинцы» появились только в коммунистическом СССР. Именно большевики- подлинные создатели «украинской нации», а отнюдь не Грушевский со товарищи. Но это-то и есть бесспорное свидетельство того, что мы имеем дело не с этносом, а этнической химерой, постоянно находящейся под угрозой распада и полного исчезновения. Отсюда, кстати, и откровенно бандитские, кровавые методы ее «национальной консолидации». Только Талергоф, Терезин и бандеровский террор превратили русскую Галицию в «украинский Пьемонт».

Таков наш второй вывод. Что же касается проблемы «украинской культуры», то мы затронули лишь один ее аспект - «мову» и на основе многочисленных исторических фактов установили: не было никакой «русификации украинцев», а имела место многовековая насильственная украинизация Русского населения Южной и Западной России как следствие оккупации этих территорий Польшей, а в дальнейшем - деятельности этнических мутантов, украинизировавших под руководством поляков, немцев, венгров, румын, австрийцев вначале Галицию, а затем при помощи русофобствую-щей малоросской интеллигенции и некоторые регионы Поднепровья.

Только в результате этой планомерной украинизации Малороссии, финансируемой враждебными России зарубежными центрами, а в XX веке коммунистическим режимом, искусственно созданная украинская «мова» смогла обеспечить себе определенную сферу распространения в малоросских регионах, но этнического характера их населения не изменила: оно как было, так и осталось Русским. В силу практической безрезультатности всех предыдущих украинизации в сегодняшней «самостийной и нэзалэжной» средствами административного принуждения предпринимается очередная попытка навязать подневольному Русскому народу в качестве родного языка «мову». Но и она обречена на полный провал. Таков наш третий вывод. Им мы и завершаем первую часть нашего исторического расследования.

Историческая жизнь Западной России так заслонена современными, большею частью неправильными воззрениями, перешедшими и в науку, что нам казалось невозможным приступить к изложению этой истории прежде, чем будет очищен к ней путь от этих современных, большею частью неправильных воззрений. М. О. Коялович