ПРИЛОЖЕНИЕ

■  ■

Издатели не смогли удержаться от того, чтобы ни привести в заключение отрывок из статьи, превосходно иллюстрирующий настоящую книгу на современном материале. Статья «ВОЗРОЖДЕНИЕ СИБИРИ И КАЗАХСКИЙ ОПЫТ» была размещена в интернет-издании «Диалог» по адресу: http://www.dialog.kz/site.php?lan=russian&id=76&pub= 1032 в августе 2005 г. Ее автор - известный красноярский публицист Дмитрий Верхотуров (Публиковался в краевых газетах: «Честь и Родина», «Красноярская газета», «Сегодняшняя газета», также в изданиях: «Абсолютный Израиль» (Израиль), «Иванов+Рабинович» (Россия, Санкт-Петербург), «Международная еврейская газета» (Россия, Москва), «Альманах Лебедь» (США, Бостон), «Русское Колорадо» (США, Денвер) и других. Сотрудничал с журналом «Эксперт», газетой «Промышленные ведомости», порталом «АПН», порталом «Афга-нистан.ру», работал корреспондентом экономического отдела И А «Росбалт». Автор книг «Красноярские гвардейцы Барка-шова» и «Покорение Сибири: мифы и реальность».)

Движение Сибирской Вольготы возникло совсем недавно, всего чуть больше года назад, с исследований томского филолога Ярослава Золотарева в области сибирских старожильческих диалектов. Они сильно отличались от говоров Европейской России, так что на это обстоятельство обратили внимание еще первые исследователи русских говоров, например, В. И. Даль, который в своем капитальном «Словаре живого великорусского языка» отразил лексику сибирских диалектов. Лингвист В. Анучин и профессор Томского университета А.Д. Григорьев ввели в науку понятие «сибирский старожильческий говор» и стали его изучать.

Различия между сибирским диалектом и русским литературным языком были настолько сильные, что Золотареву пришла в голову идея, что при сравнительно небольшой обработке, сибирский диалект может вырасти до литературного языка и возродиться в качестве языка повседневного общения, литературы, науки, делового оборота. Золотарев стал обрабатывать словари, в первую очередь словарь Даля, словари сибирских

говоров, и составлять сводный словарь сибирского языка, который ныне насчитывает около 10 тысяч словарных статей. Все это - лексика, характерная для сибирского языка.

В дальнейшем, Золотарев проработал литературу по изучению сибирских диалектов, и составил сводную грамматику сибирского языка, в котором он описал различия между сибирским и русским языками. Кроме того, томский филолог произвел первые переводы на сибирский язык, в частности, несколько глав из Библии и несколько аятов из Корана. Язык, даже при современном уровне обработки со словарем порядка 7,5 тысяч лексических единиц, оказался вполне достаточным для перевода этих сложных текстов.

Все материалы по сибирскому языку: грамматика, словарь и переводы, доступны в Интернете на сайте «Сибирской волъго-ты». В качестве пилотного проекта запущена новостная лента на сибирском языке по сибирским событиям. Готовятся переводы статей и книг.

По страницам русскоязычного Интернета прокатилась шумная и длинная дискуссия о возможности возрождения сибирского языка. Многочисленные оппоненты, в основном из среды русских национал-патриотов, оперировали почти теми же самыми аргументами, что когда-то были у противников возрождения литературного украинского языка, и особенно часто употреблялся аргумент о том, что сторонники возрождения сибирского языка собираются развалить Россию. Однако, никаких разумных аргументов в пользу невозможности возрождения сибирского языка ими высказано не было, потому дискуссия Золотаревым и его сторонниками была выиграна, и сам проект продолжал бурно развиваться. Признание существования движения последовало в виде ряда публикаций.

Проблемы развития культурной самостоятельности Сибири

Первая и наиболее важная проблема - это проблема культурной зависимости от русской культуры, причем зависимости навязанной. Старожильческое население Сибири сформировалось в течение XVII века, и вплоть до конца XIX века, когда бурное развитие приобрело народное просвещение в Сибири, развивалось самостоятельно, под сильным воздействием культуры и менталитета сибирских тюркских народов. Это, собственно, и было тем обстоятельством, почему сложился особый сибирский язык, славянского происхождения, но отличный от русского. В него проникло много слов из тюркских и мон-

гольских языков, с носителями которых старожильческие русские жители Сибири очень плотно взаимодействовали. Сложилась своя материальная культура, взявшая как русские, так и тюрские элементы, и сложился свой сибирский менталитет, непохожий на менталитет русских Европейской России.

Однако, при развитии народного просвещения, представители интеллигенции ничего не сделали для развития особенности сибирских жителей. Понятно, почему они так сделали: это было время максимального влияния имперской идеи просвещения «отсталых окраин», в число которых входила и Сибирь. Даже представители областнического движения, как А.Н. Щапов, Г. Н. Потанин и Н.М. Ядринцев, выступавшие за сибирское самоуправление, никакого внимания не обращали на языковые и культурные особенности сибирских жителей, и потому этот вопрос тогда в повестку дня не поставили.

В общем и целом, это извинительно, ибо в конце XIX века исследования сибирского языка только-только разворачивались, а сколько-нибудь значительные результаты были достигнуты только в 70-х годах XX века. Но и не сказать, чтобы лидеры областничества не заметили культурного своеобразия Сибири, ибо Ядринцев в своей книге «Сибирь как колония» писал о том, что на городскую культуру русских городов сильно повлияла культура нерусских народов. Поэтому при развитии народного образования сибиряков-старожилов активно переучивали на русский литературный язык, изгоняя слова и выражения сибирского языка как вульгаризмы.

В историческом образовании насаждалось обязательное изучение истории Руси, начиная с древности, тогда как история Сибири начиналась с похода Ермака на Сибирское ханство и с «присоединения Сибири к России». Несмотря на яркие археологические находки из дорусской истории Сибири, а потом и появление обобщающих трудов, целого ряда исторических очерков, в широкое народное образование эти сведения не попадали. Имперское просвещение (как российское, так и советское) формировало из сибиряка человека, не помнящего своего родства, не знающего истории земли, на которой родился и живет, и культурно привязанного к Европейской России, которой сибиряк чаще всего не видел и знал очень плохо.

В области науки и искусства также во всем продавливался имперский стандарт. Сибирские деятели культуры создавали выдающиеся образцы, но исключительно в рамках культурного тренда Российской Империи и СССР. Ничего специфически сибирского

в культуре создано не было. В этом легко убедиться, посмотрев хотя бы на застройку сибирских городов, которые очень похожи на все остальные города России (можно разыскать даже совершенно идентичные образцы), тогда как ничего специфически сибирского, наподобие использования национальных орнаментов в союзных республиках Средней Азии, построено не было. Ныне покойный Виктор Астафьев считается сибирским классиком, хотя его выдающиеся книги написаны писателем-деревенщиком, и его творчество концептуально мало чем отличается от творчества, например, Валентина Распутина.

Разрыв этой культурной зависимости будет процессом долгим и сложным, ибо на место элемента имперской культуры нужно тут оке ставить элемент сибирской культуры, по качеству не уступающий, чтобы не произошло деградации.

Вторая проблема заключается в том, что готовой сибирской культуры нет. Нет даже готовых ее элементов, которые можно взять и синтезировать. Отдельные образцы из области истории Сибири, археологии, языка и прочего, рассеяны по труднодоступной литературе, музейным собраниям, и не могут быть вовлечены в процесс творчества. Например, мало кто из художников, скульпторов или дизайнеров видел даже в публикациях выдающиеся по своей красоте и совершенству образцы художественной бронзы из курганов Минусы и Алтая, чеканку золотых блюд из Копенского чаа-таса, наскальные рисунки Боярской писаницы. Соответственно, эти образцы в современных произведениях не отражаются.

Третья проблема заключается в том, что предстоит важная задача развития и внедрения в самый широкий обиход сибирского языка. Здесь будут и большие трудности в создании литературы на сибирском языке, деловой и художественной, и сильное сопротивление. Но эту задачу решить необходимо.

То есть перед движением стоит задача огромной поисковой и исследовательской работы, главной целью которой будет доскональное изучение культуры народов Сибири и русского старожильческого населения, максимально широкая ее популяризация среди сибиряков, в первую очередь среди интеллигенции.

Не стоит сбрасывать со счетов как сильнейшее сопротивление со стороны российских национал-патриотов, так и излишнюю рьяность некоторых сибирских патриотов, которые захотят разрубить связи с Европейской Россией единым махом. И то, и другое - будет серьезным препятствием к достижению Сибирью культурной самостоятельности.

утеплитель урса;продажа катализаторов бу http://katalizatorskupka.ru/