«Пятая колонна»: мутация кадров

«Кадры решают все», – высказал известную в 1930е гг. максиму первый борец с внутренней угрозой в СССР И.В. Сталин. К настоящему времени она оказалась основательно подзабытой, но актуальность ее только возросла. Запад поставил себе задачу реализовать ее в России в свою пользу. Это выразилось в том, что ему удалось создать свой филиал на территории СССР. С этих пор советский народ стал заложником самого большого в мировой истории предательства. Он стал обречен на страдания, вытеснение со своей земли и последующее уничтожение. Повторилась ситуация первой половины XX века, когда в России тоже были свои чужеродные элементы. В конце 1930х гг. их хорошенько, – однако все же не до конца, – пропололи, но они вновь поднялись.

Сам термин « агент влияния »требует своего определения, и оно несколько затруднительно: «Благодаря расплывчатости термина и его новизны для открытой печати, никто толком не знает, что это такое. В сознании многих «агент влияния» ассоциируется с «агентом ЦРУ», «агентом империализма» или «английским шпионом». Благо, историческая память сохранила все, что связано с подобной терминологией. Но это не так. «Агент влияния» – это далеко не всегда шпион и тем более уголовный преступник. Ему чаще всего даже невыгодно быть преступником. Более того, иногда он свято верит в то, что делает, и полагает, что все его поступки идут на благо Родины.

Агент влияния – это достаточно размытая категория, не имеющая четких границ» [14. С. 3]; «Агент влияния – 1) должностное лицо (либо лицо, пользующееся общественным доверием и авторитетом), осуществляющее систематическую деятельность по реализации целей политики иностранного государства (формально не являясь сотрудником его секретных служб); 2) общественный деятель, проводящий политику какой-либо партии или организации в среде, не принадлежащей к этим структурам» [54. С. 18].

В силу недоработанности термина и его прикладного значения складывается впечатление, что  агенты влияния в первую очередь напрямую зависели от воли Америки, являясь субъектами ее управления. Это не совсем так. Советская – по географическому признаку – сторона в стане совместных революционеров была равным партнером внешней, преимущественно американской (не будем забывать про западноевропейскую и израильскую) стороны абсолютно во всем. А то, что в конце советского этапа революции М.С. Горбачева отстранили от власти, а В.А. Крючкову пришлось посидеть в тюрьме – то  так было надо по сценарию, и за моральный ущерб они были в итоге так или иначе вознаграждены.

Безусловно, что и сам термин, и практика агентуры влияния имеют более долгую историю: «Термин «агенты влияния» ввел в оборот в 1943 году адмирал Канарис – очень сильный разведчик и мастер всевозможных провокаций. С тех пор этот термин прочно осел в профессиональной литературе и в курсах лекций, которые читаются в некоторых центрах западных спецслужб» [15. С. 3]. Ситуацию 1943 года для руководителя армейской разведки Германии нетрудно вообразить: победоносный марш гитлеровцев по всей Европе без особого сопротивления стал возможен прежде всего потому, что в каждой стране, начиная с Испании, активно действовала «пятая колонна». И вдруг жестокая – не на жизнь, а на смерть – битва за каждую пядь советской земли… И лишь потому, что врагов народа И.В. Сталин уничтожил накануне.

В современный оборот словосочетание «агенты влияния» запустил В.А. Крючков. Выступая на закрытом заседании сессии Верховного Совета СССР 17 июня 1991 г., он огласил ранее секретный документ, составленный ПГУ для ЦК КПСС и датированный 24 января 1977 г.: «По достоверным данным, полученным Комитетом государственной безопасности, последнее время ЦРУ США на основе анализа и прогноза своих специалистов о дальнейших путях развития СССР разрабатывает планы по активизации враждебной деятельности, направленной на разложение советского общества и дезорганизацию социалистической экономики. В этих целях американская разведка ставит задачу осуществлять вербовку агентуры влияния из числа советских граждан, проводить их обучение и в дальнейшем продвигать в сферу управления политикой, экономикой и наукой Советского Союза.

ЦРУ разработало программы индивидуальной подготовки агентов влияния, предусматривающей приобретение ими навыков шпионской деятельности, а также их концентрированную политическую и идеологическую обработку. Кроме того, один из важнейших аспектов подготовки такой агентуры – преподавание методов управления в руководящем звене народного хозяйства.

Руководство американской разведки планирует целенаправленно и настойчиво, не считаясь с затратами, вести поиск лиц, способных по своим личным и деловым качествам в перспективе занять административные должности в аппарате управления и выполнять сформулированные противником задачи. При этом ЦРУ исходит из того, что деятельность отдельных, не связанных между собой агентов влияния, проводящих в жизнь политику саботажа и искривления руководящих указаний, будет координироваться и направляться из единого центра, созданного в рамках американской разведки.

По замыслу ЦРУ, целенаправленная деятельность агентуры влияния будет способствовать созданию определенных трудностей внутриполитического характера в Советском Союзе, задержит развитие нашей экономики, будет вести научные изыскания в Советском Союзе по тупиковым направлениям. При выработке указанных планов американская разведка исходит из того, что возрастающие контакты Советского Союза с Западом создают благоприятные предпосылки для их реализации в современных условиях.

По заявлениям американских разведчиков, призванных непосредственно заниматься работой с такой агентурой из числа советских граждан, осуществляемая в настоящее время американскими спецслужбами программа будет способствовать качественным изменениям в различных сферах жизни нашего общества, и прежде всего в экономике, что приведет в конечном счете к принятию Советским Союзом многих западных идеалов.

КГБ учитывает полученную информацию для организации мероприятий по вскрытию и пресечению планов американской разведки» (Записка КГБ СССР в ЦК КПСС «О планах ЦРУ по приобретению агентуры влияния среди советских граждан» [35. Ч. 2. С. 389–390]). Знающие люди утверждают, что в этом документе было и приложение, в котором назывались фамилии соответствующих лиц. Однако даже к настоящему времени это приложение так и не опубликовано.

Агентура влияния немыслима в законсервированном виде, как это часто бывает в обычной разведке. Ее задачи таковы, что к их выполнению она приступает сразу же после завершения обработки: «Характерные признаки, присущие всем агентам влияния: <…>

Во-первых, способность влиять на общественное сознание у себя в стране. Оно может быть большим и распространяться на всю территорию и на все социальные слои, а может быть локализовано в пространстве, средствах, объектах и субъектах воздействия.

 Во-вторых, непременное включение в определенную сеть. Сами они об этом могут и не знать, хотя догадываться могут многие. Агент влияния – всегда только винтик в сложнейшей машине «делания политики».

В-третьих, объективное способствование достижению целей, поставленных «хозяином», своими действиями. На определенном этапе эти цели (только промежуточные!) могут так же объективно соответствовать нашим собственным интересам – гласность, демократизация, права человека и прочая словесная мишура. В ряде случаев агенты влияния могут знать и конечную цель, но только в самом общем виде, и это свидетельствует только о том, что есть более высокий уровень управления, который держит самого «хозяина» за пешку.

В-четвертых, обязательное обучение. Речь, разумеется, не идет о школьных классах, лекциях и экзаменах. Обучение может быть групповым или индивидуальным. Агентов пониже ростом вызывают «туда», к более сильным «учителя» приезжают сами. Формы обучения многогранны и многообразны: от типичных лекций до задушевных бесед за рюмкой коньяка или бокалом виски. Есть и лоции, и лоцманы.

В-пятых, принадлежность к числу функционеров «заднего плана». Чем сильнее агент, тем глубже он запрятан. Это «теневики» от политики, «серые кардиналы». Они не правят, а направляют. Если они по каким-то причинам выходят на первый план, то, как правило, на очень короткий период времени.

В-шестых, приверженность неким, как правило, абстрактным категориям – демократии, общечеловеческим ценностям, достижениям мировой цивилизации и т.д. Все знают, что это такое, но еще никому не удалось достаточно четко выразить это словами» [14. С. 3].

Борьба с русскими писателями, патриотами по убеждениям, другими группами патриотов и была лакмусовой бумажкой для агентов влияния в определениях  свой –  чужой и каковы его способности. Чем больше были заслуги в борьбе с русизмом, тем больше шансов занять соответствующее заслугам место в иерархии «перестроечных» времен.

Агенты влияния превратились по сути в главную несущую конструкцию Советского государства. Совмещая многие должности, они становились незаменимыми. В их задачу входило заглушить функции государства, извратить линию руководства страны и попросту здравый смысл. Сначала тщательно присматривались, приценивались, затем шел захват нужного кресла, поскольку важны были не столько сами эти люди, сколько те возможности, которые открываются через их формальные и неформальные связи. Подчеркнем, что если бы уничтожение предполагалось по  открытой линии, то такой целью должен был бы стать пост министра обороны (и/или начальника Генерального Штаба), если по  скрытой – руководителя спецслужбы. «Задача агентов влияния, в зависимости от занимаемого положения, состояла в том, чтобы скрыть истинные цели «холодной войны» <…> притупить к ним внимание, обеспечить защиту выступающих против строя в случаях их разоблачения, оправдать разрушительные процессы, дестабилизирующие обстановку в стране, инспирировать критику «против» социалистической системы» [7.41. С. 134].

Они занимались вербовкой новичков или после зондирования делали наводку на них, с тем чтобы с ними поработал профессиональный вербовщик; создавали группы, прикрывали себе подобных. Как минимум они занимались разложением вокруг себя. Целые структуры работали под их контролем – и все зазря, все попусту, все во вред. Они перекрывали каналы, по которым шла информация с ранним предупреждением об угрозе, снижали бдительность, не создавали адекватной методологии, успокаивая массы тем, что «советское общество по самой социально-политической природе своей не расположено к буржуазным влияниям». «Ныне, когда понятие «капиталистическое окружение» сдано в исторический архив, когда мировая социалистическая система оказывает все большее воздействие на ход международных событий, когда трудом советских людей создана мощная экономика и несокрушимая оборона, у нас есть все основания считать победу социализма в СССР окончательной. <…> Даже враги социализма вынуждены признать, что как с точки зрения внутренних условий, так и с точки зрения международных позиций Советского государства социалистический строй в нашей стране незыблем» [7.42. С. 217].

Отличие агента влияния от обычного шпиона довольно велико. Агент влияния в основном действует так, что обвинение против него может быть легко опровергнуто, поскольку его деятельность имеет два или более толкований. Он все делает либо на «пользу» своей стране, либо это не преступление, а неловкий политический маневр. Любой, даже самый талантливый и проницательный контрразведчик будет пасовать перед ним. Традиционный подход к обвинению будет недоказуем, а интуицию к обвинению не пришьешь.

Как бы ни были интеллектуально подготовлены новички, но их новые функции тоже требовали своего рода образования. Готовность к злодейству должна была совмещаться с некоего рода «гениальностью». Они знали на что шли, проходя обучение в соответствующих центрах: «Никто от них не скрывал цели уничтожения государства, гражданами которого они являлись, и более того, от них требовалось активное способствование достижению целей, что они и делали. Многие народные депутаты СССР слышали постоянный ноющий гундеж Бурбулиса (народный депутат СССР, член Координационного Совета Межрегиональной Депутатской Группы, в 1990–1993 гг. занимал и совмещал различные посты в российских структурах власти, последнее назначение – руководитель группы советников Президента Ельцина. –  А.Ш. ) в кулуарах Верховного Совета СССР: «Империя должна быть разрушена». Кстати, начинал он с подчеркивания консолидирующей роли партии в перестроечном процессе, а потом как-то сразу забыл об этом и стал говорить «про империю» [14. С. 3].

При этом стоит понимать, что каждый из них был уже заранее морально подготовлен на общем конвейере: «Часть советского населения, которому предстояло стать основной силой и опорой контрреволюции, подверглась моральному и идейному разложению. Она стала прозападно настроенной и возжаждала иметь для себя западные жизненные блага, сохраняя то, что уже имела. Этот фактор послужил одним из важнейших условий успеха контрреволюции» [24. С. 3]. Питательной средой для «пятой колонны» стала именно разложившаяся часть правящей верхушки, которая не имела никаких национальных корней, которая признавала лишь власть и всяческие блага, что с ней связаны.

Разумеется, не было нужды в том, чтобы все указанные подразделения работали не на провозглашенные официально цели – достаточно было выявить и сделать предложения отдельным лицам. Естественно, что при этом использовался не простой перебор кандидатур, а функционально-избирательный. За неимением возможности пока – по вполне понятным причинам – рассказать, как шел успешный отбор в «агентуру влияния», со слов очевидцев можно показать, как противник терпел фиаско: «Я столкнулась с тем, что каждого чиновника очень точно, глубоко и продуманно тестировали на «благонадежность». Я увидела, что вокруг Собчака собрался целый рой всевозможных зарубежных советников, более 30 человек, которые получали зарплату из бюджета. По-моему, они были просто «цэрэушниками». Зачем, скажите, было небезызвестному Ричарду Торренсу часами беседовать со мной на темы, весьма далекие от культуры? Зачем был нужен Собчаку советник, который ничего не советует, а только выспрашивает. Поскольку я занималась психологией, теорией общения, то отлично понимала, что меня просто тестируют, проводят такую же селекцию кадров, как и со всеми» [7.43. С. 3].

Агентура могла быть интеллектуально ограниченной, но именно ее – в силу знания перспектив своих темных дел – мы должны относить к самым информированным лицам. В этом случае имелось обслуживание – специальное штучное образование, постоянные сообщения об успехах и провалах подводного течения, новые задания. В обычной жизни за все без исключения виды образования выпускник того или иного учебного заведения должен отблагодарить обучающую сторону прежде всего тем, что действует в соответствии с полученными знаниями и установками.

Безусловно, говорить о строго определенном круге людей и не попытаться привести установочные данные на них было бы весьма нелогичным, но «пофамильный список «пятой колонны» Запада в Москве был и остается величайшей тайной» [2. С. 37], хотя о нем много говорится.

  «Теперь о списке агентов влияния. Их несколько. Список, подготовленный в свое время в КГБ СССР – в распоряжении нынешнего МБ, и предание этих материалов гласности – целиком в его компетенции.

В принципе каждая политическая сила в стране составляет свой список агентов влияния. Так, в ходе VII Съезда народных депутатов России были обнародованы списки депутатов, на которых «демократы» могут твердо рассчитывать и с которыми нужно еще «работать» [15. С. 3].

К подобным же источникам можно и отнести «Краткий словарь выявленных лиц, принадлежащих к масонским ложам и другим организациям, созданным для достижения масонских целей (с 1945 по 2000 гг.)» О.А. Платонова [52. С. 80–110].

Существуют списки Межрегиональной Депутатской группы народных депутатов СССР.

Существует также т.н. Список-2200 (см.: [7.44. С. 4–5]). Это подтверждают очевидцы: «Из разговоров с людьми, видевшими этот список, мне стало известно, что в нем есть имена воротил крупнейших финансовых структур, видных парламентариев, дипломатов, руководителей СМИ, политиков, журналистов. Через весь список красной нитью проходит гомосексуально – агентурная линия. Публикация этого списка, безусловно, привела бы к крупнейшему политическому скандалу и полной дискредитации ельцинского режима. Запад должен был бы искать объяснения, почему он поддерживает политиков – бывших осведомителей «страшного» КГБ. Народ вряд ли бы удовлетворило то, что они не только стукачи КГБ, но и агенты ЦРУ и Моссад» [7.45. С. 1]. Итак, этот список не разглашен.

ЦРУ США и мондиалистские организации достаточно долго работали с агентурой, чтобы в час «Х» начать использовать их самым активным образом. Таким моментом стал приход к власти в США Р. Рейгана: «Наряду с докладом Кейси принес Рейгану отчеты разведки о характере подрывных акций, проведенных против СССР, о действиях посольской резидентуры, находившейся в Москве и Ленинграде. А также сверхконфиденциальные данные о приобретенной агентуре, в том числе о позициях в государственных структурах СССР агентов влияния. <…>

Вывод директора ЦРУ был примерно таким: «Наступила благоприятная ситуация, чтобы нанести серьезный ущерб Советам, ввергнуть в полный хаос их экономику. А затем взять под контроль и под свое влияние дальнейшее развитие событий в обществе и государстве». Все это, конечно, во благо национальных интересов США.

Рейган резюмировал так: «Здесь необходимы смелые методы». Какие именно? <…> Кейси написал: «Я считал: нужны разведка, тайные операции, организованное движение сопротивления… нам нужны еще несколько Афганистанов» [61. С. 89–90].

…Теперь об этом впору только анекдот рассказать. 1989 год. Генералы КГБ и ЦРУ садятся перед телевизором смотреть Съезд народных депутатов. Советский достает записную книжку, что-то там изучает и восклицает: «Господи! А  наших-то сколько!» Американец заглядывает через плечо, видит цифру, достает калькулятор и, подсчитав, заявляет: « Моих больше!»

 

Экскаватор-погрузчик беларусь 892. Экскаватор-погрузчик terex амортизационная группа ос.