Дым и пламень

Три часа ночи. Здание концерна B&C. Полная тишина и спокойствие. Не горит в окнах свет, по пустым коридорам не носятся сотрудники. Кажется, что даже воздух застыл, ни малейшего ветерка. Но это впечатление было обманчиво. Внутри здания бурлила жизнь. Мощные компьютеры беспрестанно обрабатывали информацию, рассчитывая те задачи, которые им подкинули днем люди. По пучкам проводов носились туда-сюда электрические сигналы. Защитные системы, используя видеокамеры, датчики движения, колебания и звука, тепловизоры, зорко отслеживали ситуацию в самом здании и на прилегающей территории. И муха не пролетит мимо – любой вторгшийся двуногий объект мигом бы вызвал срабатывание сигнализации. А там сначала по боевой тревоге поднимется группа быстрого реагирования, которая сидит сейчас в подвале, а потом к «празднику» присоединится подъехавшая рота морпехов. Причем на карнавал она явится не одна, а с бронетехникой. И кто бы подумал, что все так не просто, глядя на обычное серое пятиэтажное здание, обнесенное невысокими решетками.

Без инструкций захваченного полковника у группы не было бы ни малейшего шанса. Подойдя к решеткам ближе, чем на четыре метра, они бы уже вызвали пристальнейшее внимание охраны. Однако инструкции у них были. Они подъехали в небольшом фургоне и припарковались неподалеку от забора. Сложнейшая аппаратура в фургоне начала сканировать и расшифровывать все сигналы от систем безопасности периметра. Технари начали с непременными матерками колдовать над своими клавиатурами. Есть! Система обманута – чтобы сейчас не выдавали датчики, сигнализация не сработает. И охрана увидит видеокартинку с абсолютно пустой улицей.

Взлом системы подарил нападавшим всего 15 секунд, но за это время они успели выскочить из фургона, перелезть через забор и подбежать к центральному входу в здание. Раздались два тихих щелчка. В бронестекле вестибюля появились два отверстия. Снайперы группы, расположившиеся на крыше здания напротив, вступили в дело.  Их винтовки калибра 14, 5 миллиметров и пули с сердечниками из обедненного урана легко превращали что-нибудь пуленепробиваемое в пулепроникаемое. В данном случае они легко пробили фасадные стекла вестибюля и бронежилеты, которые были одеты на двух охранников в холле. Эти двое стали первыми жертвами сегодняшнего боя. И вся вина этих двух простых американских парней была лишь в том, что именно на сегодня выпало их дежурство. Какое-то дурацкое расписание определило, жить им или нет.

Нападавшие с помощью карточки доступа полковника открыли парадные двери и проникли в здание. Усадив, понадежнее, съехавшие трупы охранников, и открыв карточкой следующую дверь, группа двинулась по запутанным коридорам лаборатории. Впереди, обвешанная со всех сторон различными средствами лишения жизни, в маскирующих и пуленепробиваемых жилетах двигалась пятерка «таранов», готовых в любой момент затопить морем огня коридор и прикрыть двух техников, двигающихся за ними. Замыкал торопливое шествие лидер группы. Доклад снайпера № 1 нарушил радиомолчание.

- Охранник впереди вас по коридору. Дистанция 15 метров.

- Устранить. – Короткая команда лидера оборвала жизнь еще одного несчастливца. Зачем он слепо следую инструкции поперся делать обход этажа? Сидел бы в своей караулке и жена с дочкой может быть увидели завтра своего мужа и отца. Опять тихо тренькнуло стекло, пропуская пулю. Охранник, случайно показавшийся в одном из оконных проемов, мешком рухнул на пол.

Что вызвало срабатывание сигнализации? Датчик жизни на охраннике? Пуля, пробившая стекло? Это не важно. Это детали. По всему зданию вдруг как заполошная завопила сирена. Группа вздрогнула как единый организм.

- Всем ускорить движение! Снайперы,  докладывайте о перемещении противника. – Лидер был максимально краток и выдержан.

Группа ускорилась. Пройден один поворот, еще один. Вот они достигли очередного контрольного пункта, с массивными дверями. Вставили карту доступа полковника в приемник. Раздается противное и даже чуть-чуть насмешливое пиликание и над дверью загорается красный индикатор. Все, карту доступа бывшего начальника службы безопасности лабораторией заблокировали. Больше она не откроет ни одну дверь. Как же обидно, до серверной комнаты остался только этот контрольный пункт! Лидер моментально принимает решение – «тараны» охраняют коридор, технари устанавливают взрывчатку, ведь смысла в тихом продвижении уже нет, сейчас все решает скорость. А тут еще как назло ожило радио, понеслись доклады от снайперов:

- Снайпер 1 – лидеру! Вижу множественных противников, направляются к вам!

- Снайпер 2 – лидеру! По восточному коридору к вам гости, открывать огонь на поражение?

- Да, максимально задержите их!

Снайперы заработали на полную катушку, бронестекла задания затренькали уже гораздо веселее, покрываясь сеточкой трещин и отверстиями от пуль. Американская группа перехвата была вынуждена резко сбавить темп и начать искать укрытия.

- Снайпер 1 – лидеру, продвижение противника остановлено.

Здорово, технари почти закончили установку взрывчатки на двери, авось прорвемся! Вдруг на крыше лаборатории что-то ухнуло, а секундой позже на улице рвануло.

- Снайпер 1 – лидеру. Сработало контрснайперское устройство. Снайпер 2 выбыл!

У лидера сжалось сердце, начались потери и среди его подчиненных. Он слышал об интеллектуальных контрснайперских установках, но ни разу не видел их в действии. На крыше лаборатории был установлен целый комплекс. При объявленной тревоге датчики обшаривали километровую зону вокруг здания, пытаясь по звуку и наведению прицельных устройств найти вражеского снайпера, а после обнаружения вступал в дело автоматический миномет. Снайпером 2 была хрупкая на вид миловидная девушка, с настолько чарующей улыбкой, что желание носить ее на руках, возникало после первого же взгляда на нее. Лидер усилием воли, заставил сначала погаснуть, а потом и вовсе исчезнуть ее образ из своей головы. Он ведь продолжал отвечать за 8-х живых агентов, и бог его знает за сколько еще человеческих жизней, которые зависели от выполнения задания.

- Лидер – снайперу 1. Прекратить огонь, сменить позицию. Продолжать внешнее наблюдение, докладывать об изменении обстановки.

Жертвовать еще одним снайпером лидер не мог, если бы тот не прекратил огонь, то его тоже бы накрыло минометным огнем. Наконец-то раздался взрыв со стороны заблокировавших их дверей. Лидер с надеждой глянул в их сторону. Ну хоть тут все нормально, в оседающем облаке пыли на месте двери зиял неровно выбитый взрывчаткой проем.

- Трое тут, это единственный проход. Сдерживайте противника. Остальные в серверную бегом.

А вот и нужная дверь. Установка на нее небольшого вышибного заряда заняла пять секунд. Вспышка. Дым. Добрались. С момента срабатывания тревоги прошло не более пяти минут. Серьезное подкрепление придет к американцам через десять. Еще есть шанс и задание выполнить и живыми ноги унести. Лишь бы технари сейчас не подвели. А те уже старались вовсю, подключили свои ноутбуки в сеть лаборатории и начали взлом системы.

- Таран 1 – лидеру! Огневой контакт, численность противника около десятка!

Черт, вот американцы уже и добрались до взорванных на контрольном пункте дверей. Трое против десятка. У белорусских агентов и у американских морпехов примерно одинаковый уровень оснащения и вооружения – лучшее, что можно купить за деньги на свободном рынке. Но американцев десяток, а то и больше, а белорусов всего трое. Сомнут.

- Лидер – тарану 1. Отступайте с боем, закрепляйтесь в переходе, что ведет на лестницу.  Идем к вам.

На фоне трескотни автоматов ухнуло сразу несколько гранатных разрывов. И тут же неутешительный доклад:

- Таран 1 – лидеру! Таран 3 выбыл, таран 2 ранен. Прошу поддержки!

- Лидер – тарану 1! Удерживай переход. Прорвутся, мы останемся этом крыле отрезанными!

Лидер глянул на технарей с надеждой. Те отрицательно покачали головой, типа стараемся, но пока безрезультатно. Лидер не стал их напрягать еще сильнее, парни и так понимали, что за каждую минуту их работы, группа платит жизнями. Лидер и два оставшихся «тарана» бегом по коридору направились на подмогу своим.

- Снайпер 1 – лидеру! Прошу разрешения поддержать вас огнем!

- Лидер – снайперу! Не лезь, ты мне понадобишься, когда к ним подкрепление приедет!

Лидер с поддержкой достиг «таранов», удерживающих проход, и бой внутри здания разгорелся с новой силой. При таком близком столкновении руководить бойцами было уже бессмысленно. Из каких-то глубинных зон подсознания выскакивал наружу основной инстинкт – живи! Убей! Но лидер сообщением по радио пытался достучаться до рассудка своих подчиненных:

- Всем экономить боеприпасы! Техникам срочно доложить!

- Технарь 1 – лидеру. Систему вскрыли, копируем данные. Нам надо еще минут 10.

Черт, а ведь это уже приговор. Боеприпасы тают на глазах, и ведь не скажешь, что, мол, погодите-ка дорогие супостаты, у нас патроны кончились, сейчас мы быстренько в магазин сбегаем, закупимся и снова вас убивать будем. Американцы предприняли очередную попытку прорваться. Белорусам пришлось использовать  все – газ, гранаты, но противника они откинули. И снова доклад:

- Таран 1 –  лидеру. Таран 2 и таран 4 выбыли. Я ранен.

Да уж, последняя атака была уж очень яростной, лидера самого довольно чувствительно посекло осколками. Спас бог и бронежилет. Но и американцев они неплохо потрепали, наверняка скоро теперь не сунутся. Лидер потянулся всем телом, сидя у стены. Два последующих доклада пришли с разницей в несколько секунд:

- Технарь 1 – лидеру! Информация у нас! Готовы выдвигаться!

- Снайпер 1 – лидеру! К нам еще гости! Караульная рота здесь! Подъехали на трех бронетранспортерах!

Лидер скрипнул зубами. Ну что за несправедливость! Ведь почти успели же! Оставался только один выход. Но не для них, а для выполнения задания.

- Технарям срочно продвигаться к нашему переходу! Снайпер 1 … работай!

Лидер понимал, что он только что обрек снайпера на смерть. Там на улице, сотня до жути разозленных морпехов с бронетехникой. И всего один его солдат, против которого еще и автоматические гранатометы из здания работать будут. Снайпер проживет всего несколько секунд, но лидеру и нужны были эти секунды.

- Таран 1, таран 5 минируйте проход. Технари, поднимайтесь наверх, встречаемся на втором этаже. Дальше поднимаемся вместе. Надо выйти на крышу.

Слово «крыша» похоронила в оставшихся членах группы надежду на спасение. Они поняли, что командир жертвует ими всеми. И собой. Ради выполнения миссии.

- Лидер … это таран 1. Я ранен. Прошу разрешения остаться здесь и прикрыть переход.

- Таран 1. Разрешаю. Удачи тебе.

Вот и все слова прощания. Лидер и таран 5, проходя мимо раненого товарища, просто хлопнули его по плечу. Никаких высокопарных речей о долге и чести. Да их особо и некогда было произносить.

А на улице, оставшийся в живых снайпер сжимал и разжимал пальцы на рукоятке винтовки. Он разглядывал подъезжающие бронемашины в прицел и думал, успеет ли он расстрелять хотя бы 5 патронов в магазине. Тааак, вот бронетранспортеры остановились напротив главного входа, вот открылись десантные люки и на асфальт спрыгнул первый бравый вояка. Все, пора плясать! Толчок в плечо и человечек в американской форме в прицеле упал.

В здании сильно поредевшая группа поднималась все выше и выше. Сначала они слышали очереди, раздававшиеся внизу. Отстреливается таран 1. Потом гулко грохнул взрыв. Лица посерели. Скорее всего, он подорвал себя сам. А сейчас и по их душу явятся!

В районе пятого этажа лидер молча остановился, посмотрел на последнего «тарана» и присел на ступеньки. «Таран» присел рядом. Все было понятно без слов – надо было прикрыть техников. Лидер голосом, в котором уже не было командных ноток, произнес технарям:

- Парни, теперь все от вас зависит, вы уж не облажайтесь там. – И уже совсем другим тоном добавил. -  Вперед! Пошли! Пошли! Пошли!

Снайпер сотворил чудо. Он один прижал к земле, заставил укрыться за броневиками почти сотню солдат. Видимо из-за их ответного и крайне бестолкового огня, контрснайперская система никак не могла его обнаружить. Время от времени она лупила по близлежайшим зданиям, превращая тихий спящий городишко в пылающий ад. А снайпер филигранно вкладывал пулю за пулей, стремясь даже не убить, а как можно дольше задержать морпехов на улице, не дать им вцепиться в своих товарищей в здании. Он стрелял и стрелял, меняя магазины, пока не щелкнул сухо затвор винтовки. Снайпер быстро пошарил по разгрузке – пусто. Пляски окончены. Патронов больше нет. Но он не покинул огневую позицию, растворившись в ночи, как того требовала инструкция. Он продолжал в надежде обшаривать прицелом здание.

Когда технари выбрались на крышу, на лестничном пролете уже разгорался новый бой, поэтому понимая, что времени у них в обрез, они торопливо начали собирать аппаратуру для спутниковой связи. Один из них настраивал оборудование, другой на ноутбуке пытался максимально сжать полученные из лаборатории данные. Спутник пойман, пошла передача. Звуки боя на лестнице стихли. Морпехи прошли лидера и поднимаются выше.

В это время, в одном из американских броневиков, стоящих внизу, сержант-морпех резко обернулся к сидящему там же майору:

- Сэр, с крыши ведется передача данных! Явно не наша!

Майор сразу понял, что происходило. Неизвестные нападавшие что-то выкачали из лабораторных компьютеров и теперь передают эти данные на спутник. Майор знал, что секретность в этой лаборатории была на первом месте. Поэтому тут же отдал приказ сержанту:

- На крыше «Белый код»!

Сержант с оторопью посмотрел на начальство:

- Но сэр, там могут быть наши люди …

- «Белый код»! Немедленно!

Сержант повернулся к своему пульту и нажал пару кнопок. «Белый код» несмотря на его вроде бы мирный цвет, на самом деле был полным кошмаром. Он означал, что на указанном участке не должно было остаться ничего живого. Ни своего, ни чужого.

По сигналу, на крыше из скрытых установок, через каждые семь метров выпрыгнули серые неприметные цилиндры. Они взлетели на уровень человеческой груди, а потом … взорвались. В каждом цилиндре было полкилограмма взрывчатки и 2 500 стальных шариков, которые разлетались во все стороны. В воздухе было столько стали, что двоих техников и успевших выбраться на крышу троих морпехов не убило. Их просто разорвало на тысячи мелких частей.

У снайпера, наблюдавшего за подрывом мин-лягушек на крыше в прицел, резко расширился зрачок. Вот только что он видел ребят, согнувшихся над своим оборудованием, видел как откидывается дверь и на крышу горохом высыпают морпехи. Вот они начинают целиться друг в друга. А потом многочисленные взрывы и летящие в воздухе лохмотья. Только вдалбливаемая на тренировках воля, подняла его на ноги и, поддавая на ходу моральных пинков, погнала на улицу. Он как автомат стягивал с себя разгрузку и тактический шлем, оставаясь в гражданской одежде. В его голове начал прокручиваться план выезда из города. Казалось бы, откуда столько выдержки и самообладания в бывшем леровском анархисте? Который совсем самой страшной местью режиму считал взрыв памятника? Полтора года подготовки в белорусских лагерях сделали из Серого настоящего воина. Но даже воины иногда дают волю чувствам. Серый, пробираясь темными переулками, плакал. Его просто душили рыдания. Он оплакивал людей, чьих настоящих имен он даже не знал.

Эти люди погибли недаром. Сеанс связи все-таки состоялся и данные по «Плачущим небесам» были полностью переданы.