Новобранцы

Давайте разберёмся, как обстояло дело с грамотностью новобранцев в России и других странах мира перед началом Первой мировой войны.

Согласно уставу 1874 года всеобщей воинской повинности шла постоянная регистрация сведений о состоянии грамотности новобранцев. Согласно порядку принятия на военною службу, установленному в ходе военных реформ, проведенных во времена императора Александра II, воинская повинность распространялась в первую очередь на великороссов, малороссов и белорусов. Позднее воинская повинность распространилась на некоторые народы Кавказа. Не подлежали призыву народы Средней Азии, Сибири и Дальнего Востока[8]. Это регионы с точки зрения грамотности и образованности населения были самые неблагополучные. Тем не менее, сведения регулярно фиксировались и по этим данным видно, что грамотность новобранцев в России росла довольно быстро. Всё это довольно подробно отражено в научной литературе, включая работы советских исследователей[9]. Обвинения советских исследоватилей в том, что они якобы чтото скрывали или чтото замалчивали сами по себе не обоснованы.

По степени освоения грамотности люди традиционно дифференцировались по трём категориям: грамотные – владеющие навыками письма и чтения, малограмотные (или полуграмотные – умеющие читать, но не умеющие писать) и неграмотные[10]. Выше уже отмечалось, что по переписи 1897 года и в дальнейшем в России малограмотных и грамотных людей засчитывали в одну группу, критерии грамотности в России были занижены, и чтобы считаться грамотным достаточно было просто подтвердить навыки чтения. В то время как в ряде стран Европы, грамотностью считалось владение навыками чтения и письма одновременно[11].

Это относиться и к статистике грамотности новобранцев. Деление на три категории грамотности отмечено в ряде источников[12]. Тем не менее чаще всего имеющиеся источники по статистике грамотности новобранцев такой дифференциации не дают. Например в «Статистических сведениях по начальному образованию в Российской империи» в колонке грамотности новобранцев значились: «Умеющих читать и писать или только читать». Т. е. как и по статистике переписей населения грамотные и малограмотные засчитывались вместе, как формально грамотные. Таковых в 1905 году было 56%[13].

·  Здесь необходимо отойти от темы и отметить, что известный советский исследователь И. М. Богданов в своей работе даёт оценку в 71% грамотных новобранцев в 1905 году (см. приложение № 1). Очевидно, что здесь известный исследователь допустил ошибку в работе с источником.

При проверке этих данных через первичный источник (см. приложение № 2) эта ошибка известного исследователя совершенно очевидна. К 56 % грамотных новобранцев он добавил долю новобранцев имеющих начальное образование. Из приведённой в примечаниях таблицы видно, что в 1905 году из общего числа новобранцев в 377 тыс.: «умеющих читать и писать или только читать» без имеющих образование было 152 тысячи; а вместе с имеющими образование 208 тыс. от общего числа новобранцев. Т. е. новобранцы имеющие образование, входили в общие 56 % грамотных новобранцев, наряду с имеющими навыки чтения, но не имеющими образовательного ценза. Видимо  И. М. Богданов по невнимательности просто перепутал колонки в таблице. Как видно не только писатели, но и серьёзные учёные  допускают ошибки.

Сведения по последним предреволюционным годам публиковались в советских стат. сборниках. Откуда, как правило, и брались советскими исследователями. Согласно этим сведениям, общая динамика роста грамотности среди принятых на службу в последние годы существования Российской империи, была такова:

1890 год -31,5 %;
1905 год - 55,9 %;
1911 год - 66,7 %;
1913 год - 67,8 %

Эти данные введены в научный оборот еще в 1920-е годы, хорошо известны и предоставлены, например, в известных работах А. Г. Рашина и И. М. Богданова. У последнего автора с важной пометкой, что это показатель грамотности «с учётом умеющих только читать»[14]. Т. е. и по статистике на 1913 год грамотные засчитывались вместе с малограмотными. И таковых как уже было сказано выше, в 1913 году было  67,8 %.

Данные из советских источников можно частично проверить, используя официальные дореволюционные источники. Так по данным «Военно-статистического ежегодника армии за 1912 год», среди принятых на военную службу в 1911 году, умеющих читать и писать (грамотных) было 220 618 - 52,06 % (при этом, не умеющих читать и писать по-русски 8254 -  1,95 %); а  умеющих только читать (т. е. малограмотных) 48 669 - 11,49%; и 146 217 неграмотных - 34,50 %[15]. Итого малограмотных вместе с грамотными выходит - 66 %. Это соответствует данным советской статистики на 1911 год, таким образом, советским стат. данным.

image001.gif 

В связи со сказанным, непонятно, откуда Сапрыкин берёт цифру в 80% грамотных новобранцев накануне первой мировой войны. Ну, а теперь, давайте подробнее посмотрим, как с грамотностью новобранцев в интересующий нас период дело обстояло в других странах Европы.

Интересные данные по грамотности новобранцев даёт «Новый энциклопедический словарь» 1916 года. Подчеркиваем, что это последнее научно-энциклопедическое издание в дореволюционной России. Среди его авторов и рецензентов были известнейшие учёные дореволюционной России. Автор статьи «грамотность» Николай Рубакин, известнейший статистик дореволюционной России,  используя статистические таблицы Юрашека-Гибнера, даёт интересные данные по грамотности новобранцев на 1000 в 1911 году. Причина, по которой Н. А. Рубакин использовал этот источник, понятна, видимо, у него не было доступа к засекреченной военной статистике. Тем не менее, авторитетнейший учёный, современник тех далёких событий  эти данные принимает:

Доля неграмотных на 1000 рекрутов в 1911 г. (данные НЭС)[16]

Германия

0,2

Дания

2

Швеция

3,7

Швейцария

5,0

Нидерланды

14,0

Франция

33

Бельгия

85

Греция

300

Италия

306

Сербия

496

Россия

617

 

Первое, что резко бросается в глаза, это данные по грамотности в России. Выше, на основании советских источников, мы уже разобрались, что в 1911 году грамотность новобранцев была выше (правда малограмотные идут вперемешку с грамотными). Возможно, Юрашек-Гибнер оценивал грамотность новобранцев по европейским критериям (умение и читать и писать) и не засчитал малограмотных. На это вопрос можно ответить, только посмотрев первоисточник.

Но это не единственное подобное расхождение. Очень сильные расхождения имеются по Италии. Согласно этим данным в 1911 году на 1000 новобранцев в Италии приходилось 306 неграмотных. Примерно эти же данные есть и в работе известного эмигранта Питирима Сорокина, согласно которым грамотность среди новобранцев и брачующихся (так новобранцев или брачующихся?)  доходила до 40 % (Социология революции М. Астрель 2008 С. 400). Сапрыкин безоговорочно берёт эти сведения на веру, намекая, что Россия догнала и перегнала Италию (маленькую аграрную страну) по грамотности новобранцев. Ну что же, П. Сорокин работал в начале двадцатого века, в непростых условиях, и наверняка не имел доступа к статистическим данным военных ведомств других стран. И если закрыть глаза на явную политическую ангажированность его работ, эту неточность ему можно простить. А вот к современным авторам, которые ленятся изучать современную литературу и снабжают своих читателей  недостоверной и устаревшей информацией, претензии имеются.

Итак Италия, страна, считавшаяся довольно неблагополучной в плане грамотности и образования в конце 19 – начале 20 века, сделала очень большие успехи в этой области. В 1870 году неграмотных призывников в Италии было 59%. По данным, приведённым в одной из своих работ В. И. Чарнолуским, в 1900 году в Италии на 1000 новобранцев приходилось 307 неграмотных[17]. Похожие данные (на 1905 год, а не на 1911) принимает и Большая советская энциклопедия[18] (1-е изд.). В предвоенном 1913 году процент неграмотных призывников в Италии составил до 10 %[19]. Вот они, по настоящему высокие темпы роста грамотности!

Общая динамика роста грамотности населения неплохо отражена в статье «Грамотность» первого издания Большой советской энциклопедии[20]:

Немного другие данные имеются в современной литературе по Франции, одной из самых развитых. По данным исследователя Т. Юдта в 1901 году 6% призывников во Франции были неграмотными.  В ряде отдельных департаментов в 1899 году только не могли написать своё имя 3,6% [21].

Оценивая разные источники, мы видим, что даже по такому максимально завышенному показателю, как грамотность новобранцев, Россия по-прежнему отставала даже от такой относительно маленькой аграрной европейской страны как Италия, не говоря уже о таких странах как Франция и Германия, в которых  проблему неграмотности населения взялись, решили и пошли дальше ещё в середине 19 века.

Процесс  роста грамотности в России шёл не только с запозданием на 50-60 лет от многих стран Европы, но и с относительно низкими темпами, особенно среди женского населения. Но уходя в проблему динамики культурного роста новобранцев, мы не рассмотрели, очень важный аспект проблемы - насколько данные по новобранцам вообще применимы для оценки уровня развития образования в стране?

Прежде всего, давайте уточним, - нельзя путать понятия грамотность и образованность. Грамотность в его классическом понимании – это умение читать и писать (в нашем случае только читать). Помимо школы было много других источников распространения грамотности. Иногда для этого нанимали сельских грамотеев. Бывало и так, что дети сами могли освоить грамотность. Или в солдатских семьях грамотность прививалась в семье. Если человек владел грамотностью, это вовсе не значит, что он окончил или тем более вообще посещал школу. Само по себе владение грамотностью ещё не есть образованность. Например, в одном из уездов Ярославской губернии (Мышкинский) по данным переписи 1897 года из всех грамотных 48% мужчин и 38 % женщин приобрели грамотность внешкольным путём[22]. Т. е. это люди которые научились читать сами, вне школы, но образования не имели. И об уровне развития народной школы данные по грамотности никак не свидетельствуют.

Рассматривая статистику МНП на 1905 год, видно, что из 56 % грамотных новобранцев в Российской армии только  половина (около 25 %[23] от общего числа) имели какое либо образование, включая начальное - это к вопросу о том, насколько грамотность отражает охват школой. Остальные просто научились читать, но не окончили полностью, а то и вовсе не посещали даже начальную школу.

Таким образом, возникает вопрос, насколько объективно утверждение Сапрыкина о том, что: «Более актуальные данные о состоянии начального обучения давала статистика грамотности рядовых новобранцев в армии и флоте» и правомерно ли вообще использование статистики грамотности новобранцев, как индикатор состояния народной школы?

Ответ на этот вопрос можно легко найти в официальных дореволюционных статистических сводках, в которых сами аналитики МНП отмечают, что: «процент грамотности новобранцев не может служить показателем общего состояния дела народного образования» - так как - «она представляет данные лишь по тем губерниям, где воинская повинность отправляется на общем основании; так как в губерниях и областях, где  к вынутию жеребья привлекаются не все, a лишь некоторые классы населения» [24].

Итак, теперь мы разобрались, что даже по такому максимально высокому показателю, как грамотность новобранцев, Россия безнадёжно отставала от стран Европы. Однако напомним, что здесь речь идёт только о грамотности.

Как же обстояло дело с образованностью военнослужащих в Русской армии?

По данным «Военно-статистического ежегодника России за 1912 год", согласно которому среди низших чинов  высшее образование имели  — 1480; среднее — 6 087; низшее — 125 494 и 1 127 098 человек вообще не имели образовательного ценза[25].

Для сравнения, можно привести в пример Венгрию,  в которой, по некоторым данным к 1890 году уже 64% новобранцев имели начальное образование[26].

Как же изменилась ситуация ко второй половине 1920-х годов, когда подросли молодые люди, детство которых прошло в последние годы существования империи? Ответ на этот вопрос можно получить в одном из документов: «По культурному уровню Красная Армия до сих пор получает пополнение далеко неудовлетворительное. В среднем число грамотных определяется в 89 % с колебанием по отдельным родам войск от 80 до 98 %, но среди грамотных имеющие образовательный ценз составляют 36 %. Достаточно грамотных без образовательного ценза — 28 % и малограмотных, в незначительной степени отличающихся от неграмотных — 26 %»[27]. Обратите внимание, что речь идёт о 1927/28 гг. - это молодые люди которые должны были пойти в первый класс школы как раз в 1914\1915 году и закончить её в 1916 – второй половине 17 гг. Как видно из документа, в эти годы школу регулярно посещала только треть мальчиков, и только треть имела реальное законченное начальное образование.

·  Необходимо добавить, что иногда и советская статистика к военным, имеющим образовательный ценз причисляла и тех, кто посещал школу некоторое время, но не окончил её.

Конечно, грамотность росла, главным образом благодаря действиям земств, церкви и общественности которые вкладывали огромные усилия в просвещение и распространение грамотности. Только вот к началу двадцатого века  массовая неграмотность населения в развитых странах, на которые мы привыкли ссылаться, уже несколько десятилетий, как была побеждена. Иными словами, гордиться ростом грамотности в начале 20 века, в то время как передовые страны мира уже давно с этой проблемой справились – это всё равно, что гордиться плугом в эпоху тракторов и комбайнов. Так, что активный рост грамотности такой отдельной, узкой категории населения, как новобранцы, не в конце 18 и даже не в середине 19 века, а в начале ХХ века - это скорее доказательство, что Российская империи была отсталой аграрной страной, нежели обратное. И однозначно не повод для гордости настоящего патриота.

Как уже говорилось выше, никто и никогда не делал секрета из роста грамотности населения в дореволюционной России. Суть только в том, что процесс этот шёл с отставанием в полвека от европейских государств.